За весь день он не сказал ни слова. Правда, я кажется научилась по его вздохам понимать, когда что-то ему не по душе: короткий выдох — неудобно, глухой — больно, едва слышный — устал.
А на следующее утро, после осмотра, поняла: он вполне может уже двигаться. Раны затянулись коркой и, насколько я могла судить, больше не приносили сильного дискомфорта.
Я принесла лёгкий бульон и после перевязки предложила сесть. Пока он выполнял просьбу, подложила ему под спину подушку и попросила облокотиться. Поставила на его бёдра самодельный поднос и, предупредив, что бульон горячий, поспешила выйти. В моём присутствии он не снимал маску.
Но прежде по напряжённым мышцам и тому, как неуверенно расположился, мне в голову закралась мысль: он так прежде никогда не ел. Да и я всё ещё не могла привыкнуть. Он хоть и вёл себя спокойно, но даже находясь рядом, я не могла отделаться от ощущения, что за мной следит хищник.
Кстати, вчера ужин для него не оставили. Сегодня я решила покараулить. Возможно, удастся пообщаться со слугой. Но никто не пришёл — хоть я и прождала на крыльце три часа, кутаясь в тряпку и вслушиваясь в каждый шорох.
Видимо, слугам дали распоряжение его не кормить. Но почему? Кто-то не хотел, чтобы он поправился? Но тогда не проще было бы добить? Зачем оставлять его здесь — слабого, беспомощного, но живого?
А ему нужна нормальная пища. Да и мне тоже.
Я вернулась в дом. Хозяин не спал — продолжал сидеть в той же позе, облокотившись спиной о подушку, и следил за каждым моим движением. В его взгляде — хотя я видела лишь прорези маски — почудился немой вопрос. И я решила пояснить, что происходит.
— Я ждала ваш ужин, но его, к сожалению, не принесли. Мои запасы уже закончились, а вам нужна питательная еда, чтобы быстрее восстановиться. Поэтому я сейчас отправлюсь в рощу за домом и добуду нам мясо.
Остановилась напротив, несмело стрельнула в его сторону взглядом из-под бровей. Конечно же, он никак не изменился в лице — всё та же пугающая маска. Но почему-то мне привиделось, будто под ней он поморщился. Не от моих слов — будто от головной боли.
— У вас болит голова? — не удержалась я.
Он вскинул голову и будто внимательно всмотрелся в меня. Я продолжала стоять, опустив голову, всем видом показывая покорность. И впервые получила от него ответ — не словами. Он коротко кивнул.
— Вот этот отвар вам поможет. Здесь как раз осталось на один глоток. Позже приготовлю ещё.
Сходила на кухню, вернулась и протянула кружку. Он послушно выпил и, кажется, прикрыл глаза. Я решила дать ему отдохнуть, бесшумно вышла и отправилась на охоту.