Лейтенант принюхался, повеяло чем-то неуловимо знакомым… чем-то из далекого детства. Сразу же вспомнилась казарма и наставник Гнур с железной кружкой в руках. Точно… моча Фердона*!.. Сильное стимулирующее средство, вытягивающие наружу все тайные запасы организма. Только в этот раз то, что предлагал Кейв, было более качественно отфильтровано и не так воняло.

— Ну же! Пей! — поторопил его капитан. — У меня есть еще запас. Хватит, чтобы добраться до места…

Проследив, чтобы тот выпил всё до последней капли, протянул ему мясо и лепешку.

— Ешь!

Ближе к обеду Фурс смог протащить волокушу километров на пятнадцать, прежде чем действие стимулятора начало падать, и на него вновь навалилась неимоверная тяжесть и усталость. А всё из-за зыбучего песка! По песку волокуша скользила намного легче, но вот ноги утопали в нём по щиколотку, забирая остатки сил.

Не останавливаясь, лейтенант двигался вперед, стиснув зубы, раскачиваясь из стороны в сторону и задыхаясь… В глазах вдруг резко потемнело, и он уже готов был рухнуть, обессиленный, как услышал ритмичные звуки, издаваемые Краме.

Капитан пел, всё время повторяя одни и те же слова:

— Воин Хорта шаговит-шаговит-шаговит… воин Хорта шаговит-шаговит-шаговит…

Фурс как-то непроизвольно подстроил шаг под этот мотив и, пересилив себя, тоже начал подпевать:

— Воин Хорта шаговит-шаговит-шаговит… воин Хорта шаговит-шаговит-шаговит…

На удивление идти стало легче. И установившись в такт шага, утопая в песке, они во всё горло пели о воине Хорта и про то, как он шаговит.

Пели оба до тех пор, пока не прошли песчаное поле, а затем начался пологий спуск, и идти стало немного легче.

У Фурса откуда-то открылось второе дыхание, появились силы и, когда уже смеркалось, он даже смог затащить волокушу на приличных размеров взгорок.

На рассвете следующего дня Краме встрепенулся, подтянул к себе арбалет и подал знак Фурсу, чтобы тот не шумел.

Лейтенант понимающе кивнул, поспешно вставил в уши горошины и напряг слух. Где-то не так далеко идут люди. Много людей. Слышен приглушенный гул их голосов и бряцание оружия.

Осторожно выглянув из-за камней, Фурс увидел длинную вереницу воинов, идущих в направлении селения пачека.

— Это воины зарумачи, — тихо прошипел Краме, подползая к лейтенанту поближе. — Новости в пустыне распространяются быстрее, чем можно себе представить. Ждем, когда они пройдут, потом выдвигаемся дальше. У нас нет времени тут разлеживаться…

Пока ждали, когда последний дикарь скроется из виду, Краме развернул карту и медленно водил по ней пальцем, кивая сам себе. Затем он тихо окликнул Фурса и указал ему рукой вглубь пустыни.