Путник, у которого ничего нет при себе,
может распевать в присутствии разбойника.
(Децим Юний Ювенал)
Переваливаясь на дорожных ухабах, разноцветная цирковая кибитка, скрепя несмазанными осями, обитых жестью колёс, въехала в лесную чащу. Возничий хлестнул лошадей. Повозка дёрнулась и, надувая парусиновые бока кузова, покатила по укатанной колее. Надо было быстрее проскочить опасное место. Пассажиры с опаской разглядывали ветвистые деревья, высунув головы из прорезей, порванного ветром, ветхого от времени балдахина. Солнце скрылось за раскинувшейся листвой. В воздухе повисла тревожная тишина. Начало темнеть. Треск дерева прозвучал в лесной тишине, неожиданно, как гром. Огромный ствол упал перед повозкой на хребет лошади, перегораживая путь. Предсмертное ржание заклокотало в горле кровью, и животное упало на передние ноги, в грязь придорожной лужи. В воздухе просвистело, и возница начал заваливаться на дрожки, с торчащей из груди стрелой. Кибитка от резкой остановки накренилась вперёд. Лопнула передняя колёсная ось, и все, кто был внутри, посыпались на дорогу. В одно мгновение повозка была окружена устрашающего вида людьми. Циркачи взирали на лесных разбойников, из-под кучи разноцветных тряпок, вывалившихся сверху из повозки, на пассажиров. Один из бандитов, поддел пикой за подбородок бородатую женщину, и начал приподнимать её из кучи тряпья. Громкое ржание бандитов нарушило лесную тишину.
-Ты кто? - прорычал предводитель, указывая на Мартина, пытавшегося заслонить свою женщину от головореза.
-Шпагоглотатель!
-Ого! Проглоти-ка мою шпагу! - проговорил бандит, и под смех подельников, полоснул лезвием по горлу циркача.
Бородатая женщина завопила, и кинулась к умирающему сожителю. Шутовской костюм быстро пропитался кровью, Мартин дёрнул в конвульсиях ногами и затих, глядя замутнённый взором куда-то в лесную чащобу.
-Деньги где? Я слышал, на последнем представлении, вы неплохо заработали! - разбойник схватил за шиворот Конрада.
Мальчик повис на бандите, вцепившись в бороду убийцы.
Бандит замахнулся топором, но ударить не успел, Конрад лбом расквасил ему нос.
Схватившись за окровавленное лицо, он выпустил циркача. Конрад вскочил на ноги, и коротким ударом ноги в промежность, заставил бандита согнуться пополам. Сзади на драчуна накинули веревку, и Конрад упал на землю. Больно сдавило руки. Удар в лицо грязным сапогом потушил белый свет.
Не верь в сказки про рабов и господ.
Есть люди умные и люди глупые-вот и всё. (Джеймс Крюс)
Яркое солнце нестерпимо жгло глаза. Конрад лежал связанный на копне с сеном, изредка переваливаемый на бок и обратно, в такт раскачиванию повозки. Больно било по бокам, деревянными брусьями, основания телеги. Рядом, со связанными за спиной руками, полулежала Сильвия.