-А где же тогда справедливость, трудишься до седьмого пота, а результат всё равно нулевой! – в негодовании воскликнул один из адептов.
-Справедливость, без силы беспомощна; а сила без справедливости – деспотична, мой друг, тебе престало быть посдержаннее, среди своих братьев! – пристыдил наставник адепта.
Адепт резко замолчал, пережёвывая слова очередной фразы, которая должна была вот-вот вылететь из его рта.
-Смолчи, и сойдёшь за умного! – прошептал в спину адепта кто-то из учеников ордена, прыснув со смеха.
Адепт с трудом сдерживая ругательные слова, в негодовании взмахнул рукой, требуя молчания от всадника, который ехал сзади него.
Вскоре, за одним из барханов показались стены какого-то небольшого города.
Ограда сливалась с барханами, и только крыши из красной черепицы выдавали границы города.
На главном входе колонну воинов встретили настороженные взгляды, вооружённых пиками и щитами стражей города.
-Я Эмир сорока, направлен великим и досточтимым султаном Насиром Мухаммадом в ваш город, для сбора ежегодного хараджа, приказываю собрать всё население города на центральном площади и пускай пригласят ко мне на аудиенцию мухтасиба и представителей всех городских ремёсел - арифов! – распорядился Эмир, проезжая городские въездные ворота.
Центральная площадь города представляла собой вымощенную плоским камнем песчаную поверхность, ограниченную по краям каменными постройками, с пустующими глазницами окон и дверей.
К зданиям примыкали многочисленные одноэтажные мазанки ремесленников и ткачей.
Кругом блеяли козы и кричала мелкая дворовая живность.
На центральную площадь, несмотря на полуденную жару, нехотя потянулись со всех дворов жители города и крестьяне, обрабатывающие участки, расположенные вокруг городских стен.