Я не стал долго раздумывать, решил окончательно признать свою идею с проживанием в стандартном благоустроенном советском общежитии закончившейся.

«Не готов я больше тратить свое достаточно ценное время на настолько бестолковый туризм туда и обратно в часы пик. Можно за эти четыре часа где-то подработать и без проблем решить вопрос с проживанием», — решаю я.

Поэтому в понедельник остался около путяги и принялся методично обшаривать район, пытаясь найти работу, пока неважно какую. Так же начал опрашивать местных жителей и особенно бабулек, с которыми я всегда хорошо умею общаться, насчет снять комнату или даже квартиру.

Меня во многом вырастила и воспитала моя бабушка, я очень трепетно отношусь к старушкам. Поэтому, если вижу, что кого-то из них обижают, планка у меня падает мгновенно и кровь заливает глаза.

Конечно, дело такое нечастое, к пожилым людям обычно относятся уважительно, поэтому серьезно я отмутузил всего пару парней в прошлой школьной жизни. Теперь, наверно, чаще стану подобное воспитание делать. Ведь семь лет прошлой жизни у меня пролетели при родителях и училищных командирах, там не особо приходилось сталкиваться с негативными процессами.

А вот теперь я перехожу на темную сторону самостоятельной жизни в большом городе. В которой придется снимать любое жилье, скорее всего, что в коммуналках, а в них подобных случаев на моих глазах произойдет гораздо больше.

Однако где-нибудь на Циолковского или Лифляндской улице я могу встретиться со старыми знакомыми, мужиками-конкурентами. Или тем же побитым безжалостно гопником впоследствии, после чего весьма реальный итог — групповое избиение моего молодого организма или даже удар ножом со спины.

Да еще воздух в том районе густо пропитал выхлопами с КПП — комбината пищевых продуктов, воняет четыре или три дня в неделю очень противно. От розы ветров зависит сам тошнотворный запах, иногда он есть, иногда — нет.

Хорошо помню вонючее заражение по учебе в училище, так что две серьезные причины заставили меня отклониться в своих поисках в сторону Измайловского проспекта. Квартировать за Фонтанкой около Садовой тоже можно, однако там зона непосредственной ответственности сержанта Абросимова.

В той стороне он — царь и бог местного масштаба. Насколько он сможет меня узнать сейчас при встрече — мне не известно, поэтому лучше так не рисковать свободой и здоровьем. Бывают такие незаурядные индивидуумы, что даже за секунду мельком и даже со спины могут запомнить твою внешность навсегда.

Я сначала плотно прочесываю район около училища, потом вечером, уже после девяти часов, выезжаю в сторону общежития и сразу же ложусь спать по приезду. Мне пока не до ремонтов, пусть парни с моими инструментами справляются как-нибудь сами. Я им направление к хорошей жизни показал — вот пусть туда и топают, как сами могут.