Элфи приподняла брови. Я учу её географии Ила, и она знает, где протекает Жёлтая река. Далеко в глубине. Она просила объяснения.

— Коридор Ветреницы — обширная территория между Жёлтой рекой и плато Столовая гора. Считай, что белое пятно на карте. Туда если кто и добирается, то обычно без возврата. Человек пятьдесят плели истории, что были там, прошли его чуть ли не насквозь, из них едва ли четверо говорили правду. И это за пять веков. Дурное место — джунгли, болота, бесконечные мелкие реки и ручьи, крутые подъёмы на плато за этой областью. И слишком близко к Гнезду. Почти пятьдесят дней конного перехода. Но лошади обычно в Иле столько не живут.

— Мы прошли Коридор Ветреницы за полтора месяца. Дорог там действительно немного, — негромко произнесла Оделия.

— Скольких вы потеряли?

— Двое повернули назад спустя три дня, как мы углубились в лес. Об их судьбе я ничего не знаю. Ещё один исчез как-то ночью, мы не нашли никаких следов. Остальные… не вышли из джунглей.

— То есть всех. — Я вздохнул.

— Хорошо, что ты не пошёл тогда.

Может быть. А может, я смог бы отговорить брата лезть в эти глухие дебри. Хотя вряд ли. Он всегда был упрямцем. Если уж что решил, с цели его могло сбить только пушечное ядро. Да и то выпущенное в упор.

— Не могу я этого понять, — горько прошептала Элфи. — Твою с Рейном одержимость Когтеточкой. Он давно уже прошлое. Ваши жизни не стоили этого.

Оделия посмотрела на девушку с оценивающим прищуром, затем её плечи расслабились и мне был задан вопрос:

— Насколько хорошо она знает историю семьи?

— Всё, что есть в открытых источниках, она точно знает.

— А есть и закрытые? — вскинулась Элфи.

— Всегда существуют тайны, — чуть наставительно ответил я. — Ну не смотри так грозно. Я не скрываю их от тебя, ибо если тайны и существуют, то мне они неведомы. Либо затерялись в тенях прошлых веков, либо хорошо скрыты.

— Всё равно объясните. Что такого в нём было, чтобы искать до сих пор? Принести цветы на могилу? Так можно сходить на площадь, к памятнику. Чтобы не множить новые могилы.

Оделия накрутила короткий кудрявый локон на мизинец, затем произнесла:

— Хорошо. Давай ненадолго отвлечёмся от того, что произошло. Я повторю тебе прописные истины истории. Когтеточка некогда совершил невозможное — он один из трёх известных мне людей, кто прошёл Ил насквозь, добрался до Гнезда и вернулся целым и невредимым назад. В любом случае, я считаю его первопроходцем. Ибо, если и был кто-то до него, время и память людская не сохранили о них никаких упоминаний. Назад, как ты помнишь, колдун вернулся с дикими солнцесветами, по сути, став родоначальником человеческой магии, создателем предтечи Школы Ветвей. Но привёз он не только цветок, заложивший основу изгнания Птиц.