Перламутровая колдунья редко называла меня по имени и даже в последнюю нашу встречу использовала семейное прозвище. И вот всё снова вернулось на круги своя.

Несколько непривычно ощущать себя Малышом, особенно с учётом того, что я застрял на пороге тридцатилетия.

— Теперь я не властна над своими свободой и желаниями. Потребовалось обмануть многих, чтобы добраться до тебя. Моё время на исходе.

Мы поднимались по лестнице, пришлось остановиться, чтобы получить объяснения, но в ответ я получил лишь грустную улыбку:

— Не волнуйся.

— Ты столько всего должна рассказать, Од.

— Да. Хорошее слово. Должна. Именно так, — серьёзно кивнула жена моего брата.

Я с трудом сдержался, чтобы не засыпать её вопросами прямо здесь. Но отпер дверь, пропуская гостью на свои этажи.

— Идём в кабинет. Это прямо, до конца… Что?

Ноздри у неё раздувались, а глаза потемнели, теряя прозрачную голубизну, наливаясь серым цветом.

— Запах Ила. И ещё чего-то… Мне ведь не мерещится?

Я заметил, что её губы искривились и начали дрожать. Встречал такое у людей, вернувшихся из рейда. Кошмар Ила крепко въелся в их кости, и они теряли волю, лишаясь сна, возможности есть, проваливаясь в тот ужас, что они испытали там , стоило лишь им почувствовать запах.

— Ты права. Я настолько привык, что не ощущаю. Тебе ничего не грозит. Не беспокойся.

— Беспокоиться? Да я в ярости! Покажи. — И, помедлив, добавила, смягчив тон: — Пожалуйста.

Я провёл её наверх, к оранжерее, и она застыла в дверях, плечом прислонившись к косяку и изучая древо. Во всём его белопенном цветении, солнечном величии и размахе грубых, неказистых, узловатых ветвей.

— Что это? — наконец шепнула она. — Что это, Малыш?

— Принёс оттуда, когда искал вас. Ещё в первый год, когда вы пропали.

— Так быстро выросло за восемь лет? Никогда такого не встречала. Где ты его нашёл?

— За Кристальным лесом есть…

— Лирраум. Белый пробел. — Оделия прекрасно знала Ил. — Далеко же ты забрался. Оно разумно?

— Нет, — ответил я, хотя возможно, стоило сказать… «возможно». — И не опасно.

— К чему тебе это?

Действительно, к чему? Ответов у меня было множество, включая один, наиболее значимый, но я лишь произнёс:

— Посмотри на него. Разве оно не прекрасно?

Оделия посмотрела, чуть поджав губы, ответила, скорее чтобы не ссориться:

— На свой лад.

И тут из-за толстого ствола появилась Элфи с лейкой, в перчатках, в кожаном фартуке, с платиновыми волосами, собранными в высокий хвост. Когда меня нет в Айурэ, за древом ухаживает она. А порой, когда я здесь — тоже она.

Они увидели друг друга одновременно, и мне было интересно следить за их эмоциями.