На пороге стояла управляющая «Пчёлкой и Пёрышком». Она аденка, с востока, там, где полноводное Триречье оборачивается великим озером Махондад, похожим на пресноводное море, и пустыня осенью несёт над ним жёлтую пыль.

Золотистая кожа, немного раскосые глаза, полные губы, прямой нос, чёрные волосы заплетены в две тяжёлые толстые косы, которые гостья часто укладывала на голове в сложную причёску, скрепляя её многочисленными заколками, украшенными яшмой. На шее ожерелье из мелких коричневых ракушек. (Точно такой же браслет девушка подарила Элфи).

Среднего роста, гибкая, легконогая, она, признаюсь вам, в первую минуту знакомства захватила моё внимание.

Но здесь я бесконечно опоздал. Аденка давно была с альбиносом, и я не из тех людей, кто переходит дорогу в подобных вопросах. Так что ваш покорный риттер лишь любовался ею время от времени.

Издалека.

Привлекала ли меня её красота? Бесспорно. Но ещё была в ней некая тайна, нечто такое, что я пока не мог разгадать. Я чувствовал это в её взгляде. Порой перед тобой девчонка лет двадцати трёх, а иногда она так взглянет, что дрожь продирает, такие глаза я видел только у восьмидесятилетних.

Знающие глаза, понимающие суть мироздания и не всегда согласные с ним.

— Риттер. — Она неглубоко присела, касаясь двумя пальцами юбки.

В этом «риттер» и в самом жесте, присущем для приветствия благородного — я всегда находил массу забавного. Все было проделано безупречно. Поклон не услужлив, но и не оскорбителен. Застыла в нём ненадолго, но и нельзя сказать, что все случилось небрежно и быстро. Даже «риттер» произнесено столь нейтрально и ровно, что не подкопаешься.

Мы хорошо друг друга узнали за эти годы, и я пришёл к выводу, что вольнолюбивая аденка просто делала мне большое одолжение, следуя устоявшемуся в Айурэ этикету. Хотя я несколько раз говорил ей, что она может забыть об этих условностях.

С таким же успехом я мог бы взглядом согнуть стальной прут.

Ей, может, и не нравились правила чужих земель, но она продолжала соблюдать их.

— Вам письма.

Три тёмно-коричневых конверта, запечатанных моей печатью. Я отправлял их с периодичностью в два дня, по адресу семьи Оделии Лил, но конверты так и не были вскрыты. Их вернули.

Экая досада. Я надеялся пойти самым простым и лёгким путём. Но лёгкая дорога бывает только в детских сказках. А в реальной жизни вечно спотыкаешься и набиваешь шишки.

— Спасибо. — Я не смог скрыть разочарование от её приметливого взгляда.

— Вас игнорируют. В моей стране не прочитать адресованное сродни пощёчине.

— По меркам Айурэ я получил очень корректное сообщение, что их просят оставить в покое.