- Ко мне, быстро!
Однако он и не подумал ускорить шаг. Всё – так же неторопливо он подошёл вплотную ко мне, а подойдя произнёс:
- В чём дело ваше благородие? Мне по пустякам бегать некогда. Я человек занятой.
- Почему Авдеев вновь в смирительной рубашке? - спросил я ледяным тоном.
- По распоряжению господина директора. Буен он. Вот потому и в смирительной рубашке.
- Не ври. Господин Закс не отдавал такого распоряжения. Авдеев мой пациент. И все распоряжения касательно его, могут исходить только от меня.
Гордей нагло ухмыльнулся прямо в лицо мне и сказал:
- Ты тут прыщ на равном месте. И на твои указания мне тьфу. А Авдеев твой как был в смирительной рубашке, так и будет. Что хошь со мной делай!
Гордей явно обнаглел настолько, что сознательно пошёл на обострение. Конечно, спускать ему этого было категорически нельзя.
- Ну - ка пойди сюда, - сказал я ему.
- Куда?
- Сейчас увидишь.
Я отошёл немного в сторону, огляделся и немедля ни секунды залепил Гордею хороший удар прямо в солнечное сплетение.
Конечно, он был здоровенным мужиком, но во – первых, я в своей жизни занимался боксом и даже имел второй разряд, а во – вторых доставшееся мне новое тело, было не сказать, чтобы хилым (хотя по своим габаритам я и уступал Гордею).
Мой удар застиг Гордея врасплох. От изнеженного барчука, за которого он принимал меня он явно не ожидал ничего подобного. Ко всему прочему, судя по всему, искусству правильной драки он не был обучен вовсе. Такие люди как он больше всего надеются на свою массу, да силу удара. Они не знают, что обученный искусству драки человек, пусть даже он выглядит, на первый взгляд, слабее их способен очень быстро вырубить такого амбала каким без сомнения являлся Гордей.
Однако он устоял после моего удара. Пошатнулся, всхрапнул, но устоял. Перевёл дух. Его глаза стали совершенно бешенными, он сжал кулаки и стал поднимать руки.
Мне не оставалось ничего иного, как влепить ему два боковых удара в челюсть. С начала с правой, а затем и с левой руки. Если первый удар он ещё выдержал, то после второго поплыл. Гордей пошатнулся, упал на одно колено, стал заваливаться на бок, но в последний момент всё же сумел сохранить равновесие.
- Нокдаун, - равнодушно подумал я.
Наверное, с минуту, Гордей балансировал, опираясь на одно колено. Затем кое – как поднялся с него, встал на обе ноги, пошатнулся и привалился к стене.
- Ещё? - спросил я его, - или достаточно?
Гордей сплюнул окрашенную кровью слюну и прохрипел:
- Что ж вы, ваше благородие, человека бьёте?
- Делай, что тебе приказали. И учти. Ещё раз позволишь себе, что -то подобное, пеняй на себя. Понял?