Но, для того, чтобы это доподлинно выяснить, надо попасть внутрь блока, так что я снова приложил к считывателю свою ладонь.

Тут, видимо, криптозащита была более изощрённой, нежели в других помещениях корабля.

Зоэ провозилась со взломом чуть меньше четырёх минут, и при этом издавала какие-то странные звуки в моей голове.

Воспринималось это, как натужное пыхтение, и мне даже послышалось что-то типа: «Это зачем же они её так крепят?», хотя слов «Аглицкая вещь» я так и не дождался.

Но, так или иначе, Зоэ удовлетворённо хмыкнула, и толстенная дверь начала втягиваться в переборку…

Я переступил через комингс, и двинулся вглубь жилого блока. По пути я не заметил ни одной открытой, или, хотя бы, приоткрытой двери. Всё было наглухо задраено, при этом около считывателей помаргивали красные огоньки, сигналя о том, что дверь заблокирована.

— Не хотят тут нас видеть, и разговаривать, как я понимаю тоже, — пробормотал я себе под нос, — не желают. Ну ладно…

Народ следовал за мной молча. Приданные гвардейцы нервно тискали свои штатные излучатели, девчонки тоже молчали и подозрительно озирались по сторонам, опасаясь какой-нибудь внезапной гадости.

— И это правильно, — подумал я удовлетворённо, — находимся мы, похоже, на территории, где по отношению к нам настроены негативно, а потому бдительность будет совсем не лишней.

Меня тоже изрядно нервировала гулкая тишина коридоров и тревожное мерцание красных индикаторов на дверях. И только тут я понял, какого дурака свалял.

Надо было просто отправить Боню посмотреть, что творится в многочисленных каютах принадлежащих членам экипажа. И сделать это надо было прежде, чем, вообще, сюда соваться.

И уже, исходя из данных разведки, планировать свои действия.

Но, слава Богу, ничего пока не произошло, а потому ещё не поздно Боню нашего этим озадачить.

Ну, и заодно, пусть он тогда посмотрит, что в ходовой рубке делается. Мы же как раз туда и направляемся, так что имеет смысл разузнать всё, что возможно…

Картинка, которую транслировал Боня, меня изрядно озадачила.

В заблокированных каютах мирно посапывали члены команды корабля.

Они спали, лёжа в своих противоперегрузочных капсулах.

— Ага, — подумал я, — легли они, значит, перед разгоном, как положено, а тут, откуда ни возьмись, из вентиляции усыпляющий газ вместо свежего воздуха повалил…

Но, если всех тут усыпили, значит, это кому-то было нужно.

Я сказал Боне, чтобы он не тратил время на осмотр всех этих спящих на боевом посту космонавтов, а вместо этого отправлялся бы прямиком в рубку.

Так или иначе, но ответы на все наши вопросы мы сможем получить только там.