Это сразу резко меняло мой статус.

Ведь если бы я приехал туда сам, по собственному, так сказать, почину, то я был бы не более, чем неотёсанным провинциалом, приехавшим в метрополию в надежде выгодно выдать замуж сестру, или с какими другими малопонятными целями.

А вот если бы меня пригласил целый генерал, руководитель разведочного департамента, то я уже вроде как и нужный для властей предержащих человечек.

А значит прибыл я в стольный град не лицом торговать, а по государственной надобности.

И отношение ко мне со стороны чиновного люда будет уже гораздо более благожелательным. Вот так то.

А мне нужно будет в столице сильно побегать, и содействие всяко-разных чиновников мне будет очень кстати.

Ведь подготовка почвы для переезда в метрополию не исчерпывается только получением земельного надела.

Нужны знакомства, связи во многих областях.

Мне ещё там интересные всякие производства развивать, сбыт продукции налаживать… Да и вообще.

Пока я думал эти мысли, ноги сами донесли меня до переговорной комнаты.

Посмотрев на пока ещё тёмный экран, я опустился в кресло и вызвал прислугу, попросив, как всегда, принести вина и сыра. Заодно и уточню, кстати, сколько остаётся времени до сеанса связи.

Девчонка, которая принесла поднос с заказанным мною сыром и бутылкой сухого, сообщила, что сеанс начнётся уже прямо сейчас.

И действительно, на экране появился логотип телекоммуникационной компании, а потом возникло изображение моего сегодняшнего собеседника, генерал-майора Пронина.

Вид у него был вполне себе довольный, что меня несколько обнадёжило:

— Здравия желаю, господин генерал-майор!

— Здравствуй, здравствуй, — многозначительно протянул Пронин, — ну, рассказывай, зачем сеанс связи запросил, да ещё в срочном порядке.

— Мечислав Степанович, — улыбнулся я во все свои тридцать два зуба, — а имя такое, Кирилл Вяземский, вам ни о чём не говорит?

Физиономия генерала претерпела несколько быстрых изменений. Сначала выражение его лица стало растерянным, потом растерянность сменилась тревогой, а вслед за тревогой пришло нечто сродни возмущению.

Похоже, хе-хе, у него возникли мысли о том, что из его ведомства утекли засекреченные данные об инциденте с этим лейб-гвардейцем.

— А, с какой целью интересуешься? — недобро прищурился генерал.

— Я думал, что вам будет интересно что-нибудь узнать об этом человеке, — как ни в чём ни бывало ответил я.

— Гммм, — генерал явно смешался, так ситуация опять повернулась неожиданной стороной, — и какие же новости ты тогда хочешь мне сообщить? Если ты хочешь мне рассказать, что он пропал, то я это и так знаю, и тогда у меня будет к тебе вопрос, на который я попрошу тебя ответить со всей серьёзностью…