— Так ведь… — начал было я, но она меня опять перебила:

— Если честно, то я ещё с ним не всё закончила, — немного смущённо пояснила чертовка, — подчинить то я его, конечно, подчинила. Но предстоит проделать ещё очень большую и кропотливую работу, прежде чем из него получится идеальный раб, беспрекословно выполняющий любые, пусть даже и самые затейливые, желания хозяйки.

— Я смотрю, ты у нас перфекционистка, — усмехнулся я.

— Ну так не для дяди же стараюсь, — она посмотрела мне в глаза, — для себя. Грех халтурить то.

Это да, — согласился я, — но тогда, не будем, наверное, ждать, когда у тебя время появится его допросить… Веди-ка его сейчас в комнату для совещаний, там мы с ним и поговорим… Ты же сможешь обеспечить его откровенность?

— Обижаешь, начальник, — Зара сверкнула антрацитовыми глазами, — сейчас приведу к вам моего зайчика ненаглядного, — и вышла из столовой…

Дверь открылась, и в совещательную комнату вошла Зара, целомудренно облачённая в тот же самый комбинезон, в котором была на завтраке.

А вот за ней в комнату вступил высокий мускулистый мужчина, который при найме на работу назвался Васисуалием Лоханкиным.

Выглядел он крайне импозантно, но, судите сами…

Вся его голова была закрыта маской из чёрного латекса с прорезями для глаз и рта.

Там, само собой, имелись и отверстия для дыхания, и слуховые отверстия, но они были практически неразличимы.

Ротовое отверстие, кстати, было надёжно закрыто деревянным кляпом, который фиксировался застёгнутым на затылке мужчины ремешком.

Чресла его были плотно обтянуты кургузыми латексными же шортиками, на которых очень рельефно проступало всё, что под ними, по идее, должно было бы быть скрыто.

Мускулистый торс был перетянут затейливой сбруей, составленной из множества кожаных, проклёпанных блестящим металлом, ремешков.

Руки мужчины были скованы впереди наручниками, украшенными пушистыми розовыми накладками.

На шее бедняги был ясно виден широкий кожаный ошейник, изготовленный на манер строгих собачьих.

К ошейнику крепилась блестящая стальная цепочка, второй конец которой был в руках у Зары.

— К ноге, — скомандовала она низким грудным голосом, и верзила бухнулся рядом с ней на колени, которые издали отчётливый деревянный стук, соприкоснувшись с полом.

— Зара, — обратился я к чертовке, голова которой лишь немного возвышалась над макушкой коленопреклонённого Васисуалия, — мы бы хотели задать несколько вопросов твоему подопечному, ты не возражаешь?

— Никаких проблем, — ответила она, и, потрепав по щёчке стоящего на коленях Васисуалия, одним движением избавила его от кляпа. Было видно, что это движение у неё отработано до полного совершенства.