Пётр убрал сжатую в кулак руку, передумав отдавать команду. Теперь уже ему самому стало интересно, выйдет ли девочка победителем из этой бойни. А она сражалась словно тигрица. Точно выверенные уколы, сбалансированные удары рукоятью меча. Девочка размахивала клинком так, будто делала это годами, а то и десятилетиями.

Когда весь отряд противника оказался обездвижен, против Ярины выступил командир. Напитанный магией меч, который сам по себе был артефактом, просвистел в сантиметре от шеи девочки. Она выгнулась, почти встав в мостик, немыслимо извернулась и отскочила в сторону.

Бой обещал быть интересным.

Яростно и неотвратимо билась девочка. Не менее яростно дрался командир отряда Свиридовой. Опытный мужчина, сильный боец и искусный фехтовальщик против шестнадцатилетней девчушки. И она не уступала ему ни в чём. Разве что не хватало резерва и выносливости.

Девочка сжала зубы и бросилась на врага. А вот это интересно. Кручёный удар после двухуровневого обманного манёвра. Откуда она знает и тем более умеет применять такие техники?

Противник Ярины пошатнулся, его левая рука висела на тонкой полоске кожи — девочка почти отсекла её. И она бы победила, если бы не подлый удар в спину кинжалом. А нечего было оставлять за спиной живых врагов.

Пётр хмыкнул и наконец отдал команду. Его отряд, состоявший из таких же матёрых вояк, побывавших чуть ли не во всех горячих точках мира, выдвинулся вперёд. Им оставалось пройти около пятидесяти метров, когда раненая девочка что-то закричала, задрав голову к небу.

Брызги дождя стали ей ответом, а сама она вдруг выпрямилась несмотря на кровоточащий бок. Круговой удар, раскрученное тело девочки смазывается от скорости, сталь свистит и светится — оба противника падают на землю с распоротыми брюхами. Пётр крякнул от удивления, а девочка… девочка рухнула на колени рядом с ними.

Она стояла на коленях, опустив голову низко-низко. Дождь смывал с неё кровь и грязь. Девочка стояла. Плечи её дёрнулись раз, другой. И Ярина затряслась. Плачет? Истерика после первого боя?

Ярина Войтова подняла заплаканное лицо к небу, слизнула капли дождя с губ и захохотала.

Пётр Бойко, он же Питбуль, бесстрашный отставной капитан, испытал то самое чувство, которого не испытывал с момента своей первой битвы. Тогда Пётр попал в такую мясорубку, что кошмары преследовали его лет десять, не меньше.

И сейчас ему стало жутко. От этого дикого смеха. Жутко настолько, что захотелось сбежать. Он обернулся к своим людям, заметил тень страха в их глазах и сглотнул. Было что-то потустороннее в этом безумном хохоте маленькой девочки, которая только что одним мечом положила отряд из двадцати человек.