Увидев меня, она тут же скривилась, и я с трудом удержалась от порыва подойти и сказать… Раз я настолько сильно вам не нравлюсь, так сделайте же что-нибудь! Выставьте меня вон — уверена, вам это под силу, — и я буду только рада убраться отсюда восвояси!..

Но подходить не стала, да и Сестра Беатрис отвернулась, с суровым видом направившись к одной из девушек — растерянной блондинке с испуганными взглядом. Завидев приближение монахини, девушка растерялась еще сильнее, кинув жалобный взгляд на кого-то в толпе, а я подумала…

Что здесь вообще происходит⁈

Заметила в глазах у некоторых избранниц слезы, и происходящее мне не понравилось еще больше.

К тому же, оказалось, пока я искала Тронный Зал, а потом пробиралась через толпу, монахини успели разделить всех избранниц короля на три группы. В одной из них я заметила Камиллу Легер и знакомую мне троицу — тех самых, кто не так давно насмехался над Анаис в саду. В этой группе никто не плакал — наоборот, радовались жизни. Смеялись, оживленно переговариваясь, но тут же затихли, стоило одной из Сестер бросить на них недовольный взгляд.

Неподалеку стояла вторая группа, в которой как раз все рыдали. В ней я насчитала пятерых девушек. Никого из них не знала — возможно, с кем-то сталкивалась в саду, но не запомнила.

Младшая из Легеров стояла среди перепуганных избранниц в третьей, самой многочисленной группе, к которой, как оказалось, мне нужно было присоединиться.

— Жди там! — приказала одна из Сестер, уставившись на меня суровым взглядом. Сквозь белила просвечивало ее красное одутловатое лицо. — Милостью Трехликой мы скоро определим твою участь!

На это я усмехнулась — как же несказанно приятно, когда милостью Трехликой кто-то вот-вот определит мою участь!..

Затем отправилась туда, куда меня послали, решив, что раз уж я в Трирейне и на мне горит магическая метка, которая может убить за непослушание, то стоит подчиниться чужим правилам. По крайней мере, до тех пор, пока я не найду способ заставить играть по моим.

Девушек в группе оказалось около двадцати, так что определение моей участи затягивалось.

— Что тут происходит? — склонилась я к уху Анаис, выглядевшей удивительно красивой в расшитом серебряными нитями светло-голубом платье с атласными вставками.

На ее щеках пылал взволнованный румянец.

— Церемония Первого Выбора. Проверяют метки, — шепнула она в ответ. Затем округлила голубые глаза. — Тише, а то Сестры будут недовольны!

Одна из них уставилась в нашу сторону давящим взглядом.

— Они в любом случае будут недовольны, — пожала я плечами, — куда уж больше! — Затем задумалась. — Интересно, если я окончательно выведу их из себя, меня тут же покарает Трехликая или они избавятся от меня с помощью метки?