— Прошу вас!.. — выдохнула я, в очередной раз устремив взгляд в черное небо, с которого с душераздирающим свистом к нам летел… огромный, горящий булыжник.

И я закричала от ужаса, потому что он был слишком уж большим.

И этот самый булыжник пробил магическую защиту над головами дерущихся — как такому не пробить⁈ — и угодил прямиком в грудь Маллету. И его маги ничего не успели с этим поделать! Камень сбил его с ног, протащил по земле и впечатал в стену того самого склада, возле которого они нас поджидали.

И я подумала, что это и есть ответ на все наши молитвы… На мои и Камиллы, потому что я слышала, как и она просила. Стояла рядом со мной, сжимая мою руку и просила о похожем!..

Мы с сестрой переглянулись, затем уставились на Маллета, который так и остался лежать — вернее, то, что осталось от него после этого удара. Я увидела, как пару раз дернулись ноги, обутые в серые, запыленные сапоги, но потом замерли и они.

А отец… Отец расставил руки, обратив свой взор к небу, с которого все так же падал темный вулканический пепел. Благодарил — уж и не знаю кого, наверное, Великого Отца, но уж точно не Трехликую Богиню! — за то, что его месть свершилась и справедливость, прождав восемнадцать лет, все-таки восторжествовала.

Впрочем, Расмус Легер не стал терять время на долгие молитвы — почти сразу же кинулся на помощь остальным. Без Маллета, раздавленного камнем, дела у его людей пошли не шатко и не валко, и очень скоро те кинулись бежать.

Ринулись прочь в черноту улиц, спасаясь от мести короля.

Люди Хакана кинулись было им вслед, но, послушные его приказу, остановились. У нас не было времени их преследовать!.. Вместо этого мы бросились в противоположную сторону, подхватив своих раненых, потому что камни с неба стали срываться совсем уж большие и опасность разделить судьбу старшего из Маллетов была слишком велика.

Добежали, засыпаемые градом из камней. Выжили лишь чудом, потому что магии почти ни у кого не осталось.

Протопали сапогами по причалу. Повезло — нас заметили с кораблей, и над нашими головами тотчас же растянули защиту королевские маги, поспешившие нам навстречу с флагмана. И я снова возблагодарила Богов, потому что спасение было уже близко.

Наконец, мы поднялись по сходням, и усатый адмирал приказал сию же минуту поднимать якоря и убираться отсюда к чертям собачьим.

И мы стали убираться — тяжеленные якорные цепи подняли чуть ли не за минуту, канаты перерубили, маги принялись раздувать паруса, не доверяя наполненному вулканическим пеплом ветру.

И корабль, разрезая черные волны, понесся прочь от Коррины.