Растерявший свою спесь дварф прошипел что-то трактирщику и вывалил на стойку мешочек с монетами. После чего он повернул к нам своё почти пунцовое от гнева лицо и, невероятным волевым усилием сохраняя холодный тон голоса, отозвался:
— Да-да, я уже иду.
За его спиной трактирщик, не скрываясь, весело подмигнул нам, и мы покинули трактир вслед за вылетевшим из него, как пробка из бутылки, мастером.
На улице перед трактиром стояла карета — здоровая металлическая коробка, остеклённая со всех сторон. Спереди к ней была пристёгнута каменная фигура, похожая на большую гориллу без головы. На открытом сидении перед ней сидел гоблин в ливрее, а по обе стороны от раскладных ступеней под открытой дверью кареты вытянулись ещё двое.
Сальдир поднялся по ступеням внутрь кареты, буркнув на ходу слугам: «Поклажи не будет». Мы залезли следом, гоблины сложили ступени, закрыли дверь и запрыгнули на запятки.
Внутри кареты было просторно, хотя потолок нависал довольно низко, и нам пришлось пригнуться, чтобы не удариться головой. Мы сели на обитые кожей сидения, и я почувствовал всплеск магии впереди. Взгляд в системное окошко показал лишь провал в навыке колдовства — что это было за заклинание, я определить не смог.
Голем ожил и, слегка приподнявшись, медленно зашагал по улице. Я ожидал резкого стартового толчка, но почти ничего не почувствовал, к тому же колёса, стучащие по мостовой, совсем не вызывали тряски, и у меня возникло жгучее желание заглянуть под карету, чтобы посмотреть, как там всё устроено.
Ехали мы достаточно медленно, а поскольку остекление кареты открывало прекрасный обзор во все стороны, я занялся изучением окрестностей. Вскоре мы выбрались на широкую улицу и проследовали по ней к центру города, поднимаясь всё выше и выше. Дварфы не освещали свой город, во всяком случае я не заметил ни одного фонарного столба, хотя сами фонари попадались, в основном как подсветка для различных вывесок. Дома выглядели ухоженными, почти все окна были остеклены и в царящем вокруг полумраке отбрасывали багровые блики, придавая городу своеобразный мрачный шарм.
По мере того как мы ярус за ярусом поднимались, дома становились всё более украшенными, уже не стояли так близко друг к другу и лично мне казались теперь маленькими, хорошо задекорированными крепостями. Окошки-бойницы на первом этаже, крепкие заборы, площадки на крыше с удобными позициями для стрелков… Иногда попадались роскошные здания с огромными прозрачными стенами на первом этаже, живо напомнившие мне вполне современные моему миру магазины.