По толпе снова пронёсся восторженный рёв, люди неистово потрясали поднятыми кулаками, многие вздымали над головой своё оружие, даже стражники в едином порыве воздели свои копья. Гильт поддался эмоциям момента и степенно поднял над головой свой молот, чем вызвал ещё одну волну восторга.

— Неназываемый не устрашился рискнуть своей свободой и лично отправился вызволять заключённых, хотя я, — тут богиня покаянно склонила голову, — предлагала ему напасть во время праздника и запланированной на это время казни наших соратников. Гибель верхушки дома Синь с лихвой окупила бы все возможные жертвы, и я абсолютно уверена, что каждый из вас — и тот, кто находился в застенках, и остававшийся на свободе — готов был бы отдать свою жизнь ради шанса уничтожить мучителей. Я не могла заставить себя рискнуть ещё и Неназываемым…

На площади воцарилась гробовая тишина. Я прямо кожей ощущал сочувствие, струящееся от толпы к богине. Как ни странно, никого не удивило то, что Змер публично раскаивалась, открывая собравшимся страшную правду. Такая откровенность была воспринята как должное, я услышал даже несколько сдавленных женских выкриков — мол, нет, ты не виновата!

— Но он не задумываясь решил сперва выручить пленных, — продолжила Змер. — а я не могла пойти наперекор его желаниям. Мы, в отличие от новых богов, уважаем свободу воли, — толпа загудела с одобрением. — И у него всё получилось!!!

Вновь раздались радостные крики.

— Среди нас есть те, кого Неназываемый вызволил из плена, спас им жизнь и отомстил их мучителям! Они живые свидетели его подвига, спросите и у них. Дворец господ разрушен, а те, кто смалодушничал, встав на их сторону, наказаны гневом с небес!

— Герой почти спалил всего себя, — продолжила богиня, когда крики утихли. — прошёл по краю сумасшествия ради нас. И я рада видеть, что столь многие это понимают и пришли выразить ему свою благодарность. Но не только мы нуждаемся в помощи. Весь Оминарис скоро охватит пламя восстания, пламя, которое разрушит рабские ошейники и низвергнет хозяев с их фальшивого пьедестала! И Вестник нашей борьбы должен снова отправляться в путь!

Змер шагнула назад, и я услышал у себя в голове её шёпот: «Ну же! Давай! Скажи что-нибудь!» Действуя словно по наитию, я ударил посохом по брусчатке, выпустив через него негативной энергии и отпустив на волю свою ауру. Полыхнуло знатно, звук от удара разнёсся по всей площади, как выстрел, — с этим уже явно подсуетилась Змер, — и по передним рядам точно прошла волна от разом подкосившихся у многих коленей.

— Спасибо! — мой голос, тоже усиленный магией, звучал как-то неестественно мрачно. — Я понимаю вашу радость, и мне приятна ваша благодарность. Однако, пока пришлые боги живы, пока стоят их храмы, пока существуют преданные им жрецы, маги и дворяне, они всегда могут вернуться сюда и снова поработить вас. Война только начинается, и вы должны это очень хорошо понимать. Впереди у нас всех множество страданий, множество жертв, множество моментов отчаяния и разочарования. Я не сделал ничего такого, что не сделаете вы, что не сделали уже некоторые из вас. Помните об этом. Неназываемый — это просто ещё один из вас. Поэтому не стоит благодарить меня за то, что каждый из вас сделал бы на моём месте. Спасибо вам! Спасибо за смелость пойти против вековых устоев, за волю сломить рабские ошейники, за храбрость и самопожертвование!!!