— И что вы хотите от героя?

— Знаете, Артур, в целом ничего, кроме обоюдной прибыли. Если, конечно, мы договоримся сегодня. Если нет, то допьем этот чудесный чай и распрощаемся: я забуду о вас, вы забудете обо мне.

Чай напоминал заваренную траву. Единственный его плюс — сладковатый вкус.

— Продолжайте, — киваю я.

— В наше время и в нашем городе молодежь сосредоточена на росте личной силы. Экономикой, законами и прочим начинают увлекаться уже в более зрелом возрасте, — добродушно улыбается Альберт. — Вы ухватили очень жирного гуся в первый месяц после попадания в этот мир и поднялись очень высоко. Я даже приблизительно не предположу, сколько у вас килограмм золота есть в распоряжении. Но вы способны на большее. У вас есть личный бренд, если позволите так это назвать. Вас знают, как очень, очень богатого и жесткого торговца, который держит слово. Кстати, тот же Левша этим похвастаться не может — бедолага наобещал людям артефактов с три короба, набрал предоплат и занимается совершенно другими проектами.

Я не обманывался — этот человек выглядел, как волк, готовый сожрать и оппонента, и союзника, если те покажут слабость.

— И что вы хотите предложить?

— Вы известны в этом мире. Вы богаты и влиятельны, но на Земле несколько иначе. Давайте я попробую рассказать, что по моему мнению будет дальше, и мое предложение выльется по ходу диалога.

Я кивнул.

— Рано или поздно вас попытаются убрать с Земли, Кин.

— Чего?

— Если вы думаете, что уничтожать ценный ресурс никто не будет, а искателей начнут обхаживать, вы не совсем трезво смотрите на ситуацию. Вы знаете, что военные уже собрались группами, зачищают острова в облаках и добывают орсы и облики в промышленных масштабах?

— Да, — соврал я. — Так почему вы думаете, что меня уберут с Земли? Не считая пары моментов, от военных я пока видел только хорошее отношение.

— Вы опасны и вас можно заменить людьми, чья сила сосредоточена в обликах, которые можно расколоть или уничтожить. И я сейчас не конкретно про вас.

— Ракеты тоже опасны.

— Кин, посмотрите на ситуацию трезво. Ракеты не имеют собственного мнения. Ракеты не собирают огромную аудиторию, фигурки ракет не покупают и не ставят на полки. Про ракеты не снимают мультфильмы, в костюмы ракет не наряжают людей, чтобы снять нужные репортажи. А служебное жильё на восемьдесят квадратов, находящееся на военной базе — это даже не подачка, это ничто.

Если он попытался выбить меня из колеи, у него не получилось. Я покачал головой:

— Давайте вернемся к разговору, а не сомнительным предположениям. Либо завершим наши посиделки, если у вас нет ничего, кроме попыток вызвать у меня панику.