— Завали, — хрипло выдыхаю.

Монстр ловким шагом приблизился ко мне. Цепь взвилась, целя в голову. Я едва успел подставить руку.

Послышался хруст. Из-под кожи на предплечье высунулась кость, и спустя миг из раны хлынула кровь.

— Больной ублюдок… — простонал я, направляя Ци к новой ране.

— Первая история произошла в морге. Дежурному медбрату из ночи в ночь мерещилось, что кто-то ходит по коридорам. Пару раз он слышал женский голос, повторяющий: «Я потерялась». По какой-то причине в полночь камеры отключались и включались под утро, так что выяснить, кто ходит, мужчине не удавалось. Никто из напарников, дежуривших вместе с нашим медбратом, почему-то не слышал этого голоса. Единственный способ узнать, что происходит за железной дверью — отправиться туда самому. И вот однажды, набравшись смелости и предупредив коллегу, который наотрез отказался заходить ночью в двери морга, медбрат отправился за железную дверь. На этот раз голос, звавший его, был удивительно четким, однако он никого не видел.

Голос привел его к прозекторской, где медбрат нашел неприкаянный призрак женщины. Она вселилась в тело человека, а его душа оказалась заперта во вскрытом трупе.

— История на троечку, — выдохнул я. — В морги и ночью доставляют трупы, тупой идиот. К тому же, зачем ставить двух медбратьев охранять морг? Кто вообще поверит…

Но было жутко, еще страшнее, чем когда я понял, что заперт с монстром. Не знаю, зачем он мне это рассказал, но точно не для поднятия настроения.

— Не перебивай! — взревел монстр.

Новый удар откинул меня на бетонный пол. Я уже понял, что рассказчика обижает, когда к его историям относятся с недоверием.

— Вторая история касается хирурга. Он часто оставался на ночное дежурство: иногда спал, когда было свободное время, иногда — читал книги в ординаторской. Однажды он наткнулся на с виду древнюю книгу с кожаным переплетом и потускневшими страницами. Он не смог удержаться от искушения и открыл страницу. Слова в книге были запутаны. Когда хирург отложил книгу, было уже утро. Он не мог сказать, что он прочел в книге, его мысли путались, а движения казались чужими.

Так прошло еще две ночи, и каждый раз хирург открывал ту самую книгу. Другие врачи заметили, что мужчина ведет себя необычно: он путается в элементарных понятиях, не понимает, как открыть холодильник и шарахается от микроволновки. Но прежде, чем странности стали более явными, хирург уволился. С тех пор в больнице появилась байка о том, что ночами в ординаторской из шкафа с книгами можно услышать чьи-то крики.

— Это были полные бессильной злобы крики духа, который попытался захватить тело хирурга и понял, что нихрена у него не вышло. Не верю, — в тон монстру закончил я.