— Вы готовы поклясться в этом Даром и Кровью прямо сейчас?
Такого он не ожидал. Однако воспользовался единственной более-менее реальной возможностью выкрутиться из безвыходной ситуации:
— Я не даю подобных клятв без чрезвычайно веских оснований.
Я мысленно усмехнулся и развел руками:
— Что ж, значит, увидимся во вторник. И… пожалуйста, не прячьте от меня внука — если он вдруг покинет Великий Новгород до моего приезда в ваш особняк, то я передам записи наших разговоров и тот самый инфокристалл главе своего рода. А она попросит Ее Императорское Величество выяснить, кто и для чего сфабриковал эти материалы…
…Парадный мундир курсанта второго курса Военной-Академии имени Шуйского, построенный по новым меркам и надетый на портновский манекен, обнаружился в гостиной моих покоев. Все бы ничего, но там же обретались и матушка с Раисой Александровной. И ладно бы просто сидели, о чем-нибудь трепались или пили, к примеру, чай — эти злобные тетки ждали моей реакции на обновленный «иконостас» и готовились взорваться! Пришлось делать вид, что перспектива выйти в свет с двенадцатью орденами, половина из которых либо высшие, либо первой степени, нисколько не напрягает. Но в это, конечно же, не поверили и устроили нешуточный разнос. Слава богу, совсем короткий, ибо поджимало время. Тем не менее, из цепких ручек горе-«воспитательниц» я вырвался весь в мыле и сбежал в ванную. Мыться. И… получил чертовски приятную «компенсацию» от Незаменимой, примчавшейся помочь любимому господину привести себя в порядок!
Эта… хм… эмоциональная встряска настроила на философский лад, так что в гардеробную, куда стараниями Кати перекочевал манекен с мундиром, я приперся на расслабоне, неспешно оделся, обулся, позволил себя причесать и без какого-либо внутреннего сопротивления отправился «сдаваться». Однако к моменту моего возвращения в гостиную родительница с названой сестрой успели куда-то свалить, поэтому обошлось без продолжения разноса. Тем не менее, садиться и мять «шедевр портновского искусства» я не рискнул, точно зная, что этого мне не простят. Вот и слонялся по помещению до тех пор, пока ко мне не вышли две ослепительные красотки в роскошных церемониальных платьях кавалерственных дам ордена Асклепия.
В этот момент на миг завис, оценивая моральное состояние каждой, удивился внутреннему спокойствию Гриневой, однако на всякий случай закосил под своих «мучительниц» — поймал ее взгляд и принялся впечатывать в сознание девушки слово за словом:
— Кать, война закончилась, а значит, великосветская шваль, еще месяц назад прятавшаяся по углам и старавшаяся не привлекать к себе внимания, снова рвется на первый план и вовсю отвоевывает утраченные позиции. Нас, Волконских-Шаховых, постараются заляпать грязью в первую очередь. Ведь мы, в основной массе, «слишком молоды», а значит, не заслуживаем ни боевых орденов, ни внимания Императора. Цепляться к Светлане Романовне и Раисе Александровне эти твари не рискнут, так как понимают, чем это закончится. Не станут пробовать на излом и Дауда с Мавией, чтобы не получить по шапке от государя. Зато к нам будут подкатывать достаточно регулярно. Проявим слабость хоть в чем-нибудь …