Вот я и «испугался»:
— Не-не-не, меня ждет от силы три-четыре. А к остальным я не подойду даже под страхом смерти…
9 августа 850 г. от ОВД.
…Открыв глаза в четверг утром, я вдруг понял, что до смерти устал. От тренировок на износ и занятий по кошмарнейшей программе, составленной для меня скотским искином Академии имени Шуйского, от возни с членами команды, которым не давались манипуляции с Волей, и с теми, кому Валя с Катей «прописывали» переход на следующую ступень, от анализа вариантов нашего будущего и изучения ежедневных «сводок» о нездоровой возне вокруг меня и моего ближнего круга. Попытка выглянуть в окно только ухудшила мое моральное состояние — противный осенний дождик, начавшийся в среду днем, продолжал моросить, сплошная грязно-серая облачность практически цепляла крышу здания, а воздух, если верить информационному блоку МДР, остыл до девяти градусов тепла!
Да, я, конечно же, напомнил себе о том, что вечером мы будем в Крыму, в котором лето в самом разгаре, но этот аргумент не подействовал. Вероятнее всего, из-за того, что я очень не хотел идти на боевку. Ситуацию не выправили ни обновление Незаменимой, ни ее объятия, ни контрастный душ — меня дико воротило от слова «надо», автоматически добавлявшемуся к любой мысли о планах на предстоящий день. Однако Валя, отслеживавшая мое состояние, сдаваться не собиралась и привлекла к войне с моей хандрой Екатерину — та приперлась в мою ванную в темно-синем белье и какой-то прозрачной накидке, «чтобы рассказать забавный сон».
Чрезвычайно добросовестные тренировки и регулярные косметические корректировки внешности превратили ее фигурку в живой эталон красоты, а историю, придумываемую на ходу, можно было смело публиковать на каком-нибудь литературном портале, но меня не проняло — я отметил, что у младшей Церберши подтянулась задница, заметно посветлели ареолы и исчезли самые последние растяжки вдоль позвоночника, оценил артистизм ненавязчивой демонстрации прелестей и восхитился оригинальности двух сюжетных ходов, но лишь самым краешком сознания. А чуть позже — в гардеробной, во время облачения в комбезы — вдруг заметил, что эта Слуга не на шутку расстроилась, и заставил себя ее подбодрить. Правда, придумывать веские аргументы было лениво, поэтому я поймал ее за талию, притянул к себе и благодарно чмокнул в высокий лоб:
— Спасибо…
Мгновением позже под левую руку ввинтилась Валя, дождалась точно такого же поцелуя, уткнулась лбом в грудную мышцу и, тем самым, сбила с пути истинного не только подругу, но и меня — я уткнулся носом в темечко Незаменимой, закрыл глаза и отключил голову. Минуты, эдак, на две-три. И не включись напоминалка, млел в объятиях Церберш целую вечность. А так… хм… вернулся в омерзительную реальность и хмуро буркнул, что нам пора.