В общем, все были рады этим месяцам тишины.
Кроме Гванука.
Спасший ему жизнь полковник Мочитомо Кикучи преисполнился дружеских чувств к адъютанту О и принялся зазывать его к себе в гости. Даже не подозревая, что этот самый адъютант каждый раз буквально умирает и воскресает при виде его жены.
«Что же ты делаешь со мной, Айдзомэ?» — стонал Гванук и прямиком от Кикучи шел к толстяку Даичи, просил дать ему новые стихи, чтобы найти, наконец, самые подходящие слова, которые могли бы выразить его чувства. О, стихи могли! Только они и могли…
Однажды он не выдержал и прочитал принцессе самое смелое пятистрочье, которое легко можно было назвать неприличным… Но ему требовалось выплеснуть накопившуюся сладостную боль. И что скрывать — накопившееся желание. Пусть услышит! Пусть обидится смертельно и велит ему убираться!
— Ах, сколько б ни смотрел на вишни лепестки
В горах, покрытых дымкою тумана, —
Не утомится взор!
И ты, как те цветы…
И любоваться я тобою не устану!
Прочитал и смолк, весь красный от стыда и ужаса от того, что только что произнес. Айдзомэ сидела у чайного столика. Уже на первой строчке страстной танки, она подняла руки и закрыла рукавами лицо… Гванук в страхе смотрел на укрывшуюся принцессу… а потом услышал негромкое:
— Новая любовь…
Сквозь шрамы от жизни
На нежной коже
Пробиваются робко
Разноцветные крылья .
Наполеон хорошо знал, что здесь новый год наступает не в конце декабря, а на заре весны. Но привыкнуть к этому никак не мог. Причем, такой традиции придерживаются здесь все страны: и Чосон, и Ниппон, и Мин-Китай. Как, наверное, и многие другие. Причем, в каждой стране новый год наступает в разное время. Да что там! Даже здесь, в Ниппоне, каждый новый года наступает в разное время! В прошлом году это был почти разгар зимы, а в этом — уже на явном ее закате. Прошлый год длился очень долго, и всё дело в том, что местные народы считают месяцы строго по фазам луны. У них тут 12 месяцев (как и у всех нормальных людей) только они заметно короче нормальных — 29–30 дней. А потому каждый четыре года они добавляют не високосный день, а целый високосный месяц. Прошлый год как раз таким и был.
Беда в том, что помимо отсутствия стабильного календаря внутри года, нет здесь и нормальной календарной системы. Каждый год, подобно дикарям, ниппонцы именуют по названию двенадцати священных животных и пяти стихий. Например, сейчас наступал год Металлического Быка, а прошлый — длинный — был годом Металлической Крысы. Причем, ниппонцы в этом двойном кодировании разбирались отлично! Скажи им, например, «это случилось в год Деревянной Козы» — и они отлично поймут, сколько лет назад это было! Наполеон же понять этого не мог. Только запомнить названия на пять-шесть лет в прошлое.