Полог палатки вдруг приподнялся и внутрь проскользнула…

— Фельди? — удивился я, глядя на монашку. — Ты откуда⁈ И где ты вчера вообще была⁈

Действительно, если подумать, то монахиню я не видел и не слышал с того самого момента, как она ускакала прочь из палатки Старейшей ведьмы в сопровождении Селены. Вот только староста потом вернулась, а вот Аберфельди пропала до этого момента. Переживала? Отдыхала? Но ведь она не могла не слышать и не видеть всего того, что происходило в центре деревни?

— После того, как та женщина открыла мне глаза, — начала рассказывать монахиня, — я не смогла так просто все принять. Эта девушка, которая пошла со мной хотела помочь, но я впервые в жизни была в смятении и не знала, что и делать. Потому отказалась от ее услуг и решила вернуться к дяде и замолить грехи. Всю ночь я провела в уединенной келье…

— Погоди! — перебиваю ее. — Ты серьезно вернулась к барону? После всего, что Гелиана тебе рассказала⁈

— Да…

Монахиня покраснела от стыда и склонила голову.

— Признаюсь, я не поверила и не смогла принять свое прошлое. Но уже утром, стоило мне только выйти из комнаты, как слуги тотчас донесли до меня грустную весть о внезапной болезни дяди! Я сразу же побежала к нему и к своему ужасу увидела на его челе те же признаки, которые появлялись у тех, кто подолгу находился рядом со мной! Лишь тогда я поняла, что Старейшая была права! Я — ведьма и всегда была ею! И люди, которые жили со мной, болели и умирали именно из-за меня! Мне нет прощения! Я — причина смерти всех этих людей!

Плечи монахини содрогаются от бесшумных рыданий. Чуть успокоившись, девушка продолжила:

— Тогда я совершила роковую ошибку! Решив довериться дяде, я все ему рассказала, подумав, что он сможет найти решение моей проблемы… Ох, я и подумать не могла о том, что произойдет…

— Угадаю, — язвительно улыбнулся я. — Он обвинил тебя в ереси и повелел казнить?

Аберфельди вздыхает.

— Увы, но ты прав, Магнус. По его приказу меня бросили в темницу, чтобы позже сжечь на костре. И если бы не слабость дяди и сочувствие его слуг, гореть бы мне живьем! Но те ушастые девушки, родных которых вы ранее спасли от голода, помогли мне сбежать.

«Милые, добрые существа!» — подумал я. — «Пошли против своего хозяина, которому служили верой и правдой. Нужно будет их тоже вытащить из крепости. Думаю, как только барону станет легче, он и с ними разберется! Минуту»…

— Погоди! — приподнимаюсь я. — Что еще сказал твой дядя⁈ Он же наверняка решил предпринять что-то еще⁈

— Верно! — кивает Фельди и я вижу стальной блеск решимости в ее глазах. — Он решил штурмовать лес всеми силами, какие у него остались, и выжечь здесь все противоестественное, что только обнаружит!