— Мы всё расскажем Марку, — поддержала Вера. — Ты не сможешь уйти от наказания.
— За что? Я помогаю старикам за небольшую плату, — Додола продолжила невозмутимо восстанавливать старый ковёр. Даже магия не брала огромные дыры, проеденные молью. Василий Иванович утверждал, что ковёр был персидским и старинным. Додола сильно в этом сомневалась, но взялась за работу — она уже представляла, с каким восторгом будет восхвалять её этот вредный старик.
— Ты что-то скрываешь, — настаивала Лера.
— Полечи паранойю, — посоветовала Додола, выпрямилась и деловито произнесла: — Дамы, у вас ко мне дело? Если нет, то прошу покинуть мою скромную обитель. Время — деньги. Вы вредите моему бизнесу.
— Бизнесу, надо же… — проворчала Лера, но всё-таки вышла на улицу. Вера немного задержалась, напоследок смерив Додолу взглядом.
Как-то так и сложилось, что Додола влилась в дружный коллектив Северных Гребешков. Конечно, руководствуясь меркантильными, эгоистичными мотивами… Она даже задумывалась о расширении бизнеса, а иногда воображала, как в Краснодаре в её честь возводят небольшой Храм. Прямо как у настоящих Богов. Людей было легко не только убивать, но и дурить, притворяясь добренькой. Додола расплылась в улыбке.
— Как дела? — в дом заявились Крабогном и Дракоша.
— Стучаться не учили? — нахмурилась Додола. — Вы везде заваливаетесь без стука?
— Да, — честно признался Крабогном, и Дракоша согласно кивнул.
Додола не нашлась, что ответить, и сердито продолжила кипятить какой-то отвар на плите.
— Что ты делать? — спросил Крабогном, взобравшись на стол и заглянув в кастрюлю.
— Приворотное зелье.
— Разве такое существует? — удивился Дракоша.
— Нет. Но Евдокия Павловна об этом не знает.
— Розыгрыш? — уточнил Крабогном.
— Нет, — Додола закатила глаза, раздражённая их недогадливостью. — Здесь травки от высокого давления, а также для красоты кожи и волос. Попьёт недельку-другую, выспится, немного похорошеет. А там, глядишь, Борис Львович на неё засматриваться начнёт. Выбор-то у него небольшой. Евдокия Павловна — его соседка справа. А соседки слева и напротив ещё два года назад умерли.
— Прикольно, — оценил Дракоша, вытащил из-под крыла золотую заколку и протянул Додоле. — Держи, из последней коллекции Мордекая. Он вчера приезжал в Москву. Шесть бриллиантов, и каждый камень зачарован так, чтобы считывать опасность. Первый — яды, второй — нападение со спины, третий — ментальное вторжение, ну и так далее.
— Спасибо, — кивнула Додола и махнула в сторону шкафа. — Возьми на второй полке приглашение на премьеру «Гамлета» в Лондоне. Я стребовала с кое-кого должок, и он достал место в первый ряд.