Иван Трофимович закряхтел и укоризненно покачал головой. Он и сам на многое способен, но то, что довелось увидеть вчера утром, не лезло ни в какие ворота.

Они с внуком только собрались уйти в лес, ведь до древнего капища, возрожденного еще отцом старого волхва, идти было три дня, если не по тайным тропам. Но какой смысл в том, коли спешки нет? Внезапно сила мира, до того текущая через все вокруг спокойной рекой, взбаламутилась, казалось, само пространство изогнулось, словно несколько миров одновременно соприкоснулись и тут же разошлись. А на снегу перед Афанасием и Иваном Трофимовичем из ниоткуда возник человек в бело-красном плаще.

Только через несколько мгновений волхв понял, что красные пятна на плаще — это кровь. Грудь длинноволосого парня была превращена буквально в месиво, военный опыт сразу вспомнился, и старик вздохнул — не жилец, однозначно не жилец.

— Андрюха! Ты⁈ — вдруг выдохнул Афанасий и рванулся поддержать зашатавшегося гостя.

— Это кто, Афонь? — хмуро спросил Иван Трофимович.

— Братишка мой кровный, Андрюха Белозерцев, в армии побратались… — неохотно пробасил внук. — Я те говорил. Деда, ты того, бинты неси!

В этот момент гость изогнулся в руках Афанасия и принялся блевать. Точнее, он начал выплевывать окровавленные пули. От неожиданности старый волхв едва не сел прямо на снег. Его внука какая-то сила отбросила в сторону, а Андрея затрясло, словно он схватился за оголенный провод под напряжением. Плащ разлетелся ошметками, изорванная грудь вспучилась волдырями, по телу пробежали сине-зеленые разряды, а затем с небес прямо в его макушку ударил поток лохматого, белого пламени. Огонь объял Андрея полностью, но ненадолго — на каких-то несколько мгновений. А когда опал, Иван Трофимович в сердцах помянул Мару и Чернобога — ран на теле гостя не осталось. Вместо них была мертвенно бледная, но здоровая кожа. Гость пошатнулся и рухнул навзничь, лицом в сугроб.

— Андрюха, держись! — Снова ринулся к нему Афанасий и поднял на руки, как ребенка, что при его росте было неудивительно. — Деда, пошли!

Старый волхв, потрясенно качая головой, двинулся за внуком в дом, про себя продолжая поминать всех темных богов и прося светлых избавить его от наваждения. Но ничего не менялось, от гостя все так же веяло пугающей, ледяной, нечеловеческой силой, от которой душа уходила в пятки. Да с кем же они столкнулись⁈.

Уложив потерявшего сознание Андрея на широкую лавку, Афанасий обтер с него влажной тряпкой сгустки крови, затем внимательно осмотрел, но не нашел ни одной раны. Вот только под кожей, словно стая змей, вращались белесые, мерзкого вида желваки. Да иногда то над грудью, то над головой на секунду-другую возникало едва заметное желтоватое свечение.