— Это уже неинтересно, — выключил воспроизведение Олег Филимонович. — Охранники, насколько я понял, живы.

— Живы, — подтвердил успевший прочесть переданный одновременно с видеозаписью рапорт Анатолий Максимович. — Без сознания. Беловолосый явно не хотел им вредить, просто отключил, чтобы не мешали. Другого вывода я сделать не могу.

— Что-то здесь не сходится… — покачал головой Борис Станиславович. — И сильно не сходится. Поведение Белозерцева было естественным, это я могу утверждать со всей уверенностью. А когда он превратился в беловолосого — оно полностью изменилось, как будто эти двое — разные личности. Шизофрения? Не рискну делать такой вывод, тем более что сейчас однозначно подтвердилось — мы имеем дело с чем-то сверхъестественным. Но…

— Что? — насторожился столичный гость.

— Не знаю, заметили ли вы, что в человеческой форме беловолосый не неуязвим?

— В смысле?

— В прямом, — почти незаметно усмехнулся Борис Станиславович. — Его ранили, я заметил одно попадание. Отсюда следует вывод — пока Белозерцев не преобразовался, его можно хотя бы ранить. И это дает определенную надежду на то, что мы сможем противостоять этому существу. Назвать его человеком, простите уж, не могу.

— Пожалуй… — скривился Мухин. — Скажи мне кто еще три недели назад, до всех этих событий, о таком, отправил бы в психушку провериться…

— Мы действительно имеем дело с чем-то неизвестным и даже не представимом до сих пор, — потер висок Олег Филимонович. — Но наша задача справиться с данным вопросом. При этом нельзя допустить, чтобы новые знания попали в руки наших западных «друзей». Да и информация из папок беловолосого тоже важна — она должна своевременно перехватываться.

Все трое поежились, представив, что какая-нибудь из оставленных странным существом папок попадет к журналистам. Пострадавших от беловолосого не слишком жаль, твари редкостные, но твари полезные — политика чистыми руками не делается. К тому же информация в этих папках сильно задевает интересы государства. В случае ее распространения неприятностей не оберешься.

— Хочу высказать еще одно предположение… — задумчиво произнес аналитик. — Камеру, в которой находился Белозерцев, не стоит оставлять без присмотра. Он может туда вернуться. Не просите меня объяснить, почему я так считаю, сам объяснить не могу, но проверить необходимо.

— Хорошо, — отметил что-то в своем блокноте начальник управления, он не любил новомодных электронных планшетов и по старинке пользовался записными книжками. — Но что делать, если он действительно вернется?

— Никакой агрессии! — встрепенулся Олег Филимонович. — Срочный перевод на объект ×27, вы знаете, о чем речь. Новых людей к делу старайтесь не подключать, пусть его ведут те же трое следователей, что и до сих пор, они неплохо себя показали. Только переведите Пенкина и Саенко из СК к вам, Анатолий Максимович, взяв с них все нужные подписки.