— Что дальше? — запыхавшись, спросил Илья, вглядываясь в провалы узких бойниц. В одной из них как ни в чём не бывало расположился Мал, не сводя с людей жёлтых кошачьих глаз. — Зачем мы сюда залезли?

— Не шуми, всё сам увидишь, — Годогост выудил из-под кольчуги нестерпимо горячий ключ, сморщился, потирая грудь. — Следите за тем, чтобы никто не успел вернуться в башню.

Сам же он проследовал к распластавшемуся возле стены защитнику крепости. Сражённый ударом в челюсть, тот уже начинал приходить в себя, сопел и дёргал ногами. Пятерня гмура легла поверх немолодого лица, на мгновение осветив его мертвенно-синим светом.

— Встань, славный воин Сыроземского княжества! Показывай нам скрытый путь из этой башни! — голос Годогоста приобрёл металлические нотки.

Заклятье «Марионетка» вытягивало из мага силы. Следовало быстро оптимизировать состояние. Решив, что «Отведение глаз» и «Маска» — уже ни к чему, он снял эти чары и почувствовал облегчение.

Стражник резко вскочил, уставился на путников стеклянными глазами, бодро, но неуклюже зашагал к противоположной стене. Руки его сграбастали увесистую деревянную лавку, отбросили в сторону. Под ней оказалась крышка люка. Зачарованный воин дёрнул за железное кольцо, открывая тёмный провал.

— Полезай первым, да пошустрей! — скомандовал Годогост, суетливо озираясь по сторонам. — Веди нас к причалу коротким путём!

— Может, ему факел дать? Там же темно — хоть глаз выколи, — предложила Ясмина, наблюдая за тем, как марионетка мага исчезает в зеве, заполненном непроглядной чернотой.

— Не стоит. Он сейчас видит лучше обычного. Факел для себя с Ильёй оставь. Мне, жителю подземелий, он, в общем-то, тоже без особой надобности, — разъяснил гмур, следуя за стражником.

— И я, и я всё прекрасно вижу! Уже бегу! — напомнил о себе Мал, спрыгнул на пол и прошмыгнул в лаз.

За ним по ветхой скрипучей лестнице спустились Ясмина и Илья, закрыв за собой крышку. Потянулась череда тесных лазов, ступеней и лестниц. Удивительно, как это всё умещалось внутри крепостной стены.

Звуки извне исчезли. На некоторое время их окружила тишина. Замкнутое пространство давило, рождало в мозгу страхи.

Но вскоре под ногами зачавкала грязь, потянуло сырым холодом и затхлой водой.

— Кажется, пришли, — обернувшись, объявил спутникам гмур.

Идущего впереди стражника Илья не видел, зато слышал его тяжёлое дыхание. А потом тесный лабиринт наполнился звуками: всплесками воды, шуршанием лопаты (или чего-то подобного), загребающей грунт, стуками о дерево.

Свежий воздух порывом ворвался внутрь, сообщая о том, что выход открыт.