– Ты чудо полосатое! – хохотнул дракон, приласкав мою скулу тыльной стороной ладони.

Ответить не успела, невдалеке раздался громкий женский крик. Затем второй и еще… Вскоре вся третья группа во главе с рыжим драконом наперегонки неслась на крики.

Мы дружно выскочили на свежевыкошенную поляну и на пару мгновений застопорились, оценивая весьма щекотливую ситуацию. Рядом с забором в два моих роста высотой, которым огородили территорию академии, где разместили невест, предавались любовным утехам четыре обнаженные пары. Мне показалось, они никого не замечали, сосредоточившись друг на друге, громко, сладострастно стонали, требуя еще и еще, шептали восторженные слова, щедро расточали ласки, отдаваясь… Четыре пары, такие разные в проявлениях страсти, словно ослепшие и обезумевшие в жажде похоти, признаться, представляли неприятное зрелище.

Рядом с нашей группой переминались несколько невест из шестой и девятой групп. Скорее всего, это они голосили на всю округу от омерзения. На их крики мы и прибежали.

Но удивила не только откровенная сцена, а состав участников похотливой компании. Парни явно с «той» стороны, вход им на закрытую территорию запрещен, как я поняла, однако проникнуть из-за высокого забора они как-то смогли. Зеленокожий жутковатый гоблин, белый наг с длинным, возбужденно свивающимся в кольца хвостом, загорелый модрунец с белым задом, чешуйчатый коричневый василиск, с клыков которого капал не то яд, не то слюна – все четверо сплошь в рваных ранах, кожа ободрана до живого мяса. С девицами тоже очень непросто: все невесты – ранивирские драконицы, как раз из шестой и девятой групп, красивые, несмотря на покрытую грязными разводами земли, травы и крови кожу, спутанные волосы и искривленные в экстазе лица.

Уверена, их одногруппницы истошно орали специально, чтобы как можно больше народа увидело, как гордые красавицы-ранивирки нарушили главное правило отбора: либо воздержаться, либо отдаваться исключительно изначальным. Теперь из-за этого постыдного поступка четыре драконицы самолично лишили себя права участвовать в поиске. Ведь для девяти изначальных, доминантов и собственников, они словно перестали существовать…

– Никому не подходить! – проревел Рейран, с яростью оглядывая всех присутствующих.

Но даже его рев не отвлек участников происшествия, подсказав, что дело не во внезапно проснувшейся страсти сразу у четырех дракониц.

В следующее мгновение на поляне появились еще трое изначальных и сразу бросились к компании горе-любовников. Ашкеран создал над ними и драконами сияющий купол, который тут же заполнила тьма Шейрана. Когда тьма медленно осела, на траве лежали восемь недвижимых, надеюсь, все-таки живых тел. И еще в воздухе зависли черные сгустки, которые темный дракон сразу объединил в сферу. Одновременно мрачный Сейлишран бережно обернул восемь тел в туманные коконы, затем они вспыхнули белым светом и исчезли.