Звонко цокая каблучками, Алена Николаевна поднялась на сцену, одарила меня воистину акульей улыбкой, остановилась рядом и громко возвестила:

— Господа, меня зовут Алена Николаевна Корнилова. Я была опекуном Владиславы до ее неполного совершеннолетия, и финансовые дела рода Метельских мне прекрасно известны. Увы, с тех пор как Влада стала главой рода, они не улучшились, — она притворно сокрушенно вздохнула.

Я мысленно поаплодировала находчивой бабе. Вот же стерва-то! Сама все угробила, но усердно топит меня.

Выдержав театральную паузу, тетушка буквально раздулась от собственной значимости и торжественно продолжила:

— Моя племянница не сможет представить доказательства, что бизнес рода Метельских, находясь под ее управлением, стабилен. Поэтому я, как ближайшая кровная родственница Владиславы Юрьевны Метельской, заявляю права на опекунство над ней.

— Владислава Юрьевна, что скажете? — повернулся ко мне Троепольский.

— Госпожа Корнилова описала ситуацию верно, — отозвалась я сдержанно. — Поправить финансовое состояние рода за неделю невозможно. Да и должного контроля над силой я еще не имею, все же она активировалась лишь пару дней назад. Пока пользуюсь артефактом. Вы его видели.

— Понятно, — кивнул начальник контроля. — Значит, угрозы окружающим вы не несете? — уточнил он у меня, но вопросительно посмотрел на Росса.

Я насторожилась. Вряд ли двойную звезду захотят изолировать от общества, но чем черт не шутит?

— Никакой, — расслабленно ответил Константин. — Артефакт для моей подопечной изготавливали лучшие специалисты.

Ректор поглядывал то на меня, то на барона, напряженно размышляя, остальные мужчины о чем-то переговаривались. А я ждала продолжения. Совсем скоро наступит развязка.

Не желая оттягивать момент триумфа, Алена Николаевна поднажала:

— Поэтому я и говорю — ждать нет необходимости. Вносите информацию об опекунстве в базу данных прямо сейчас.

— А вот это преждевременно, — подала я голос. Достала из внутреннего кармана пиджака аккуратно свернутый документ, положила его перед озадаченным начальником отдела контроля и пояснила: — Это мой нотариально заверенный отказ от статуса главы рода Метельских.

Лица членов комиссии во второй раз вытянулись от удивления. Только барон снова был безмятежен.

Подтянув к себе бумагу, Троепольский принялся внимательно читать.

Не выдержав, горе-опекунша нервно спросила:

— Что происходит?

Закончив чтение, начальник отдела контроля прочистил горло и официальным тоном заявил:

— Об опеке речи идти не может. Требования закона на Владиславу Юрьевну не распространяются.