— Не люблю ломиться в закрытые двери. Поэтому заранее подбираю ключи…

— И много ключей вы подобрали к этой конкретной? — ехидно спросила Татьяна Анатольевна.

— Три… — честно ответил я.

— То есть, обычные ромашки, нормальное кейко-ги и, вероятнее всего, возможность оценить нрав ваших флаеров?

Я отрицательно помотал головой:

— Не угадали: мы заказали отдельный кабинет в «Неводе». С двадцати ноль-ноль и до закрытия ресторана. Что касается нрава наших флаеров… на «Волнах» летали?

— Да.

— И как они вам?

Горчакова поколебалась и сказала правду:

— Я до них пока не доросла.

— «Бореи» жестче. Раза в полтора. И почти без «костылей».

— Хм…

— Лебединая песня Богдана Ярославовича Агеева… — сообщила Марина, и Мегера «сломалась». Вернее, согласилась с тем, что летать на такой машине ей еще рано, и атаковала по другому вектору — поймала взгляд Темниковой и задала вопрос на засыпку:

— Дарья Алексеевна, скажите, пожалуйста, это кейко-ги выбрали вы, верно?

Тьма притворно вздохнула:

— Неа — Тор Ульфович разбирается в них и… в мордобое намного лучше меня.

— Не может быть!

— Будет желание — попробуйте порубиться. Только не выбирайте бой без правил и с использованием подручных средств — «убьет» в первую же секунду.

Мегера прищурилась, несколько мгновений что-то искала в глазах Даши и как-то странно усмехнулась:

— А ведь вы не шутите…

— Не шучу.

— Хм…

— Угу… — гордо кивнула Красотка и одновременно со мной уставилась на неплохо сложенного аристократа лет тридцати, внезапно ворвавшегося в ангар со стороны лифтового холла и рванувшего к нам.

Не изменись этот тип в лице и не сожми кулаки, я бы в боевой режим не переключился. А так сместился чуть левее — чтобы ненароком не задеть Машу — и… расслабился. Так как заметил, КАК разворачивается Мегера, и получил возможность оценить ее буйный нрав:

— О, Виталий… как вас там по батюшке?

— Николаевич! — выдохнул дворянин, затормозил в шаге от нее, гневно уставился мне в глаза, прикрыл Горчакову собой и… совершил танцевальный пируэт. После чего обнаружил, что смотрит на ее, а правильно заломленное запястье болит и вынуждает стоять на цыпочках.

— Замечательно! — сыто мурлыкнула она и задала следующий вопрос: — А напомните-ка мне, разлюбезный Виталий Николаевич, дату нашей с вами свадьбы… или помолвки… или любого другого события, позволяющего вам считать меня вашей законной супругой, невестой или хотя бы возлюбленной.

Он немного поколебался и выдал презабавнейший ответ:

— Я ухаживаю за вами с конца августа и считаю себя вашим защитником!

— … а этот самопровозглашенный статус, наверное, позволяет вам лезть в мою жизнь так, как заблагорассудится?