— Угу.

— И поручил нам спланировать акции против местного руководства — тоже…

— Точно.

— Йенсен, я от тебя без ума! — восторженно выдохнула она, порывисто чмокнула в щеку, вернула голову на облюбованное плечо и заерзала: — Будешь смеяться, но я еле-еле сдерживаю желание утащить тебя к шкафчику, помочь натянуть скаф и поднять в рубку…

— Ну да… — «понимающе» кивнул я: — Чем быстрее мы окажемся в рубке, тем быстрее вывалимся из гипера. А если повезет, то возникнем прямо над комплексом зданий планетарного управления МБХ и сможем его разнести…

…Мертвую систему отсканировали в два корабля и убили на все про все чуть больше трех с половиной часов. Первые два летала и прыгала Темникова, а следующие час двадцать пять — Костина. Устали прилично. Но аж светились от счастья и жаждали продолжения банкета. Продолжать «банкет» я оставил блондиночку — позволил ей понаблюдать за затягиванием «связки» на струну с коэффициентом сопряжения три-шестьдесят один. А почти через пять часов в присутствии все той же Маши вывел «Наваждения» из гипера, «огляделся», отстыковался от корабля Завадской, прыгнул к Хатте и спустил подопечных с поводка. В смысле, выделил каждому по персональному доступу к Фениксу и позволил собирать информацию из открытых источников так, как требовала фантазия.

Само собой, загрузил искин и сам. А после того, как получил приличный объем данных, уже проанализированных по заданному алгоритму, увел оба корабля в точку системы, выбранную от балды.

«Защиту курсовых работ» провел там же. Снова состыковав корабли и перегнав вторую половину команды на свой, усадив народ на листы пористой резины, которыми «Техники» застелили половину трюма, раздав доступы к системе моделирования боевых действий и вывесив рядом с лифтом основной экран этой программной оболочки.

Ну, что я могу сказать о результатах «защит»? Мне понравилось всего четыре плана диверсий — Настены, Миши и моих «ослепительных красоток». Планы Кости, Риты и Оли фактически повторяли то, что мы уже делали. А реализовывать план Матвея, несмотря на внешнюю красоту, видимый размах и «проработанность», я бы не рискнул ни за что на свете — он был создан для героев-самоубийц. «Проекты» разбирал жестко, тыкая «разработчиков» носом в каждый недочет и подробно описывая наиболее вероятные последствия реализации идей без исправления ошибок. Поэтому после разбора полетов большая часть «стажеров» изображала грозовые тучи. Но это радовало в разы больше, чем потери в команде, вот я страдания и не замечал — помог Ахматовой и Базанину исправить все мелкие шероховатости их планов, похвалил, посмотрел, который час в Хаджараине, и выделил народу тридцать минут на подготовку к боевому вылету.