— Наверняка… — согласилась Костина. — Но далеко не каждый арабский или тюркский род пойдет на такую потерю лица. А значит, возвращение наших соотечественников затянется на долгие годы…

Тут я невольно вздохнул:

— Маш, наш Император — патриот. В самом правильном смысле этого понятия. И наверняка давит на Халифат и Каганат, используя все имеющиеся возможности. Тем не менее, не всесилен. Поэтому… этот почин поддержим и мы. То есть, поможем ему затерроризировать особо гордые рода современных рабовладельцев и убедить всех остальных в том, что владеть наложницами из нашей Империи очень небезопасно…

…Начальник смены СБ «Иглы» позвонил мне сам. В тот момент, когда мы летели от КПП Вороново к нашему ангару. Я принял вызов, ответил на приветствие знакомого экс-вояки, выслушал его «доклад» и передал просьбу Маши. Причем в «расширенном» варианте, то есть, дал понять, что послания и подарки, прилетающие на адрес нашего жилого комплекса для передачи нам, должны отправляться отправителям автоматически, без согласований с нами.

СБ-шник оказался не дураком, поэтому взял под козырек, пожелал всего хорошего и отключился. А я втиснул «Борей» в щель между отъезжающей бронеплитой и стеной, припарковал возле своего «Наваждения», выбрался из салона, поухаживал за Машей, подхватил под локоток, подождал Завадскую с Темниковой и довел девчат до лифта. Пока ехали на первую палубу, технично сдвинулся к дальней стенке кабинки. Поэтому именинница увидела результат трудов моих «Техников» через долю секунды, как начали разъезжаться двери. И восторженно затараторила.

Ну да, цветов я купил много. Вот помещение и превратилось в филиал какой-нибудь оранжереи — живых гирлянд не было, разве что, на потолке, а ароматы особо «пахучих» экземпляров убивали наповал. Но «оформление» — на мой, мужской, взгляд — выглядело стильно, вот я и терпел. Секунд, эдак, десять, то есть, до момента, когда Костина заметила коробки, украшенные пышными бантами, и рванула не к ним, а ко мне. При этом сияла так, что я капитулировал еще до первого поцелуя. И как бы не целую минуту чувствовал себя любимой мягкой игрушкой блондиночки. А потом ее все-таки накрыло любопытством, и девчонка ускакала вскрывать подарки.

Кстати, распаковывай их я, содрал бы ленты с упаковочной пленкой, не заботясь об их целостности. Но женский менталитет этого не позволил. Вот именинница и начала священнодействовать — просила подружек приподнять каждую коробку, аккуратно перепиливала ленты в нижней точке пилочкой для ногтей, откладывала в сторону банты и так далее. В общем, до транспортных упаковок сноуборда, комбинезона, ботинок, шлема, перчаток и аксессуаров для зимнего отдыха добралась нескоро. Зато обожгла счастливым взглядом, в мгновение ока разделась до белья, примерила весь комплект и снова повисла у меня на шее. А поцелуев через… хм… много спросила, купил ли я такие же комплекты Марине, Даше и себе.