– Котэ? – удивился Волков.
– Кот! «Котэ» кота зовёт Максим. А с животными квартиру сдают неохотно. Максим своего котэ обожает, жить без него не может. Вот и ищем, куда с животными пускают.
Волков опять широко улыбнулся. Представил белобрысого Максима, а рядом толстого рыжего пушистого кота. Почему рыжего? Он и сам не смог объяснить, но уточнил:
– Котэ – рыжий? Большой и толстый?
– Откуда вы знаете? – Аня удивилась.
– Подумал. Кот должен быть определённо рыжим! Котэ – рыжий?
– Рыжий, бесстыжий! – засмеялась она. – Не могу ребёнка единственного друга лишать…
Аня позвонила хозяевам, предупредив, что подъедет смотреть, и принялась рассказывать: два дня назад квартирная хозяйка потребовала освободить квартиру до конца месяца, а лучше раньше – собирается продавать. Искать новую физически нет возможности, поэтому позвонила знакомому риэлтору – и вот сегодня утром ей прислали адрес. Вроде и район, и цена подходят, и с котэ жить разрешили.
Волков было решил рассказать ей о своей коммуналке, но промолчал. Не нужно Ане знать, что подполковник в отставке живёт непонятно где. А начнёшь про коммуналку – придётся рассказывать и про ранение, и про развод. Не время.
Они покружили по узким улочкам Преображенки, нашли нужный дом – он оказался чудовищным, хуже, чем у Волкова. Барак под снос.
Аня почти плакала от отчаяния, кусала губы, стоя у барака в нерешительности. Дверь то и дело хлопала – кодового замка не было, туда-сюда сновали деловые наёмные работники всех мастей и коренные обитатели. Волков, стоявший рядом, положил руку ей на плечо:
– Пойдёмте отсюда. Вам здесь жить нельзя, тем более с ребёнком. А Максимова котэ через пару дней местные украдут и на ужин зажарят. Поехали к тому дому, где вы сейчас живёте, поищем квартиру поблизости – и без всяких риэлторов.
Аня не возражала, повернулась и пошла к машине. Другого выхода не было – помощь от Волкова она приняла по умолчанию. Через пару минут они уже были у её дома, а ещё через двадцать Волков нашёл ей новую квартиру. Она увидела подполковника в действии и поняла, почему Ольга говорила о нём с придыханием и почему в него были влюблены все знакомые женщины. Да что там… сама Аня в него уже почти влюбилась.
Искал он просто, дедовским способом – опрашивал местное население, в основном старушек на лавочках. Те верили ему беспрекословно: он внушал безоговорочное доверие. Начиная разговор, тут же спрашивал имя-отчество бабушки, как здоровье, не беспокоят ли соседи, и уже потом говорил, что ищет квартиру для мамы с сынком. Мама – известная журналистка. И кивал на стоявшую рядом Аню. Она, сама коммуникабельная и разговорчивая – журналистский хлеб, – поражалась его темпераменту. Вот это мужик! А поначалу казался замкнутым и закомплексованным.