Отлично! Я переживал за Эйву и в любом случае искал бы ее, но вознаграждение от ее отца явно не будет для меня лишним. И я уже знаю, что попрошу у него.

— Почему вы решили, что Эйву похитили именно мои враги?

— Я дурак, чтобы верить в подобные совпадения? — спросил граф, бросая на меня очередной, полный ярости, взгляд. — Конечно, у меня тоже есть недоброжелатели, но никто из них не посмел бы пойти на такой шаг… на такое безумие! А вокруг тебя полной смертей, ты словно магнит для бед. Кому ты перешел дорогу, парень?

— Викару Нильсону, — сказал я правду.

— Чем же ты так не угодил графу Нильсону, Ульберг? — недоверчиво взглянул на меня Берг.

— Это только наше с ним дело, граф. К тому же, сейчас нет времени для подробных объяснений. Каждая минута на счету.

— В этом ты прав. Если ты говоришь правду, и этот подлец похитил мою дочь…

— Господин Берг, прошу, не горячитесь, — перебил я его. — Нильсон достаточно умен, чтобы все сделать чисто, вы не можете просто прийти к нему и требовать освобождения Эйвы. Доказать, что ее похитили именно Нильсоны, тоже не получится так просто. Тут надо действовать окольными путями, быть хитрее.

— И что же ты предлагаешь?

— Нам нужен кто-то из приближенных Нильсонов, кто может располагать информацией о местонахождении Эйвы. Я знаю одного такого человека. Это девушка — мразь, которую Викар Нильсон подослал, чтобы убить мою служанку и друга моего покойного деда. Проблема в том, что я не знаю, где ее искать. Но с вашими связями…

— Кто она? — нетерпеливо перебил меня Берг.

— Боюсь, я не смогу ответить даже на этот вопрос. Наверняка знаю лишь то, что она — огненный маг. Представилась эта тварь Ингой-Илвой. Не спрашивайте, почему у нее два имени. Вероятно, ни одно из них не является настоящим.

— Огненный маг, говоришь… Подожди-ка меня здесь, я скоро вернусь.

Граф Берг покинул гостиную. Я опустился на кресло из темного дерева, обитое бархатом. Гостиная была средоточием изысканной роскоши и уюта одновременно. Приглушенный мягкий свет заливал пространство. Вся мебель сделана из темного дерева. У дальней стены — большой черный рояль.

Я вообразил на секунду, что за ним приятными вечерами сидит Эйва, и ее изящные пальцы порхают над клавишами. Умеет ли графиня играть на рояле? И почему я не знаю ответа на этот вопрос? Мне стало тоскливо от этой мысли.

Граф вернулся спустя минут двадцать. В руках он нес стопку газет.

— Что это, граф? — спросил я.

— Читай. — Берг бросил газеты на низкий круглый столик передо мной.

Я взял их в руки. Что за вздор? Зачем мне читать газету десятилетней давности?