так? Единственное, что я точно знаю, так это то, что папа будет на моей стороне, чтобы ни случилось дальше. Он бы точно поддержал мое решение. Хоть он и любит свою работу, ему было глубоко плевать на нее, когда дело касается меня. Сначала я, потом город. Он всегда говорил мне это. Расслабив шею, я мотаю ею из стороны в сторону, слушая хруст. Мое тело ноет, оно устало после стресса и бега по земле. Стопы горят огнем. Все, чего мне хочется, это горячего чая, теплого одеяла и какого-то тупого мультфильма. Ну и сидящего рядом папу само собой. — Ты сомневаешься, не так ли? — вдруг врывается в мои мысли парень. Повернув голову, я натыкаюсь на его пристальный взгляд. — О чем ты? — Прости, что влезаю, но по тебе видно, что ты сомневаешься в том, что нужно писать заявление. Мое мнение тебя, конечно, интересовать не должно, но я считаю, что ты храбрая и, кем бы ни были эти мерзавцы, они заслуживают самого сурового наказания. — Ты меня совсем не знаешь. — Да, не знаю. Но мне не нужно знать тебя, чтобы назвать храброй. Ты выбежала ко мне босиком, почти бросилась мне под колеса с окровавленной вилкой. А еще это был не один парень, то есть, ты оторвалась буквально от мужчин, во множественном числе, это о чем-то да говорит. — Ты пытаешься поддержать меня? Парень пожимает плечами и вновь смотрит на дорогу. — Просто хочу сказать, что на твоем месте я поступил бы так же. Помимо заявления, я бы еще и приложил усилия, чтобы эти ублюдки страдали, — незнакомец так злится, что сжал руль до побелевших костяшек. — Спасибо. — Все, прекращай, меня начинает бесить это слово. Оставшуюся часть пути мы едем молча, я снова ухожу в себя, а парень вновь приобретает расслабленную позу и выражение лица. Только сейчас я понимаю, что мы даже не знаем имен друг друга, но интересоваться такой мелочью кажется бессмысленным, это наша первая и последняя встреча, единственное, что я сделаю, это постараюсь запомнить номер его машины, чтобы после попросить отца поблагодарить моего спасителя. Возле участка практически нет машин, кроме парочки служебных. Полиция находится буквально посередине, между городом и местом, где наш частный домик. Тусклый свет горит в окнах. Все еще босиком, я освобождаюсь от ремня и, сделав глубокий вдох, выхожу из машины, а парень выходит вслед за мной. — Ты можешь ехать дальше, я позвоню отцу, и он заберет меня, — говорю я, смотря на незнакомца поверх крыши. Захлопнув дверцу, он блокирует машину и, обойдя ее, становится рядом со мной. — Я хочу убедиться, что все закончится