Если пересечь реку, то до ближайшей станции железной дороги будет километров двадцать-тридцать…ну, не более сорока. По крайней мере, именно так я расшифровал объяснения сельчан, типа: «На моем коне за день доедешь, а на соседском — если только к вечеру». Вот только перебраться на другой берег отныне можно только вплавь. Проклятые покойники ухитрились сломать не только настил, но и быки моста, поврежденные еще весенним ледоходом. Так что теперь посредине моста зияла дыра метров десяти в поперечнике. Перепрыгнуть ее можно было разве что в три приема…

Вообще-то железная дорога находилась совсем близко, рукой подать, километра три, не больше. Вон за тем леском. Хочешь срезать — иди, и не волнуйся, священник тебя отпоет. Лес был не лесом, а знаменитыми Марийскими болотами, ласково называемыми в народе Мертвой прорвой. Они-то и отрезали нас от дороги, единственный путь, по которому можно было двигаться к ней, вчера рухнул в реку. Плыть через нее нам не хотелось. Во первых, мы не спортсмены, во вторых, не моржи, и в третьих, если мы даже и переплывем на тот берег (на лодке, скажем), то наша повозка с конем останется на этом (как-то не было в деревне лодок такого размера, чтобы коней перевозить). Значит нам придется идти все тридцать-сорок километров пешком, а принцесса сразу сказала, что он скорее умрет прямо здесь и прямо сейчас.

— Может, отправим коня вплавь? — нерешительно предложила она, когда мы стояли на берегу, глядя на водное препятствие.

На морде коня, который стоял рядом, тут же отразились все его мысли о тех жестоких людях, которые хотят заставить его лезть в такую мокрую и холодную воду. Найдите воду потеплее и посуше, тогда, может быть… Короче говоря, загнать его в воду не получиться, даже если воспользоваться аргументом типа вон той оглобли. Тупик.

В последующие три часа мы, опросив местных жителей, выяснили три вещи. Первое: ближайший мост…вчера упал в реку! Никто даже не предполагал, где находится другой мост, все всегда пользовались только этим. Второе: болота тянуться километров на сотню в обе стороны. Можно, конечно, вернуться назад и попробовать сесть на поезд в оставленном нами три дня (неужели прошло только три дня? Мне кажется, я родился в этих селах) назад городе. Господин градоначальник будет очень рад, навряд ли он забыл о нашем существовании. И, наконец, третье: дороги через болота нет. Тупик.

Впрочем, в нашем тупичке проблескивает щелочка, сулящая возможность выбраться отсюда. По слухам, дорога через болота все ж таки была… Когда-то. К сожалению, даже самый старый дед не помнил, где именно. Он вообще помнил все очень плохо. Точь-в-точь наш сенатор. Но главное — у нас появилась цель!