Круто. Есть только маленький нюанс. Маленький, но очень хреновый. В момент использования телепатии приходится проживать все чувства и эмоции окружающих, от положительных до негативных. Постоянная атака чужих мыслей создаёт множество психологических препятствий. Поэтому я много лет учился выстраивать «экраны», которые защищают от такого беспрерывно потока.
Вот все возможности псионики. Много лет… Нет. Много десятилетий считалось, что нереально одному человеку родиться с полным набором. Но… Появился я. И когда до меня дошел этот удивительный факт о себе самом, спустя достаточное количество времени, решил, хрен буду работать на кого-то. Только своя выгода, свои интересы и свое удовольствие. Хочу помочь, помогу. Кстати, иногда даже от нечего делать… И вот это все, это могущество, эту власть, я просрал. Сам. Чертова книга… Теперь нет ничего. Есть только малолетний пацан с кучей комплексов и слабым телом…
— Ванечкин… Эй! Прием!
Посторонний голос еле пробился сквозь мои воспоминания. Настолько глубоко я задумался. Тряхнул головой и поднял взгляд.
Рядом, улыбаясь, стояла Фокина.
Глава 9
— Привет, Петя. — Сказала Фокина, продолжая улыбаться.
Ее лицо буквально светилось от счастья. Что за хрень?
Я оглянулся. На всякий случай. Может, есть еще какой-нибудь Петя? Стои́т, к примеру, за моей спиной. Хотя, вряд ли. Отвратительное имя. Хуже — только Антон. Правда, Ряскин, например, так не считает. Я слышал, как он, представляясь кому-то из пацанов в нашей комнате, с гордостью добавил, мол, как Чехов, только Иванович. Чехова я знал. Видел это имя на одной из тех книг, которые нам поставили в список для чтения. Какие-то мутные истории про сестёр и сад. Не успел прочесть. Честно говоря, не жалею. Книга про сад не вызывает большого интереса. Писатель, в общем, типа того. Подозреваю, о нем и шла речь.
— Привет…– Ответил вместо меня Ряскин, а потом улыбнулся еще шире, чем улыбалась сама Фокина. Того и гляди, рожа треснет от восторга. Так понимаю, пацан решил, раз я молча туплю́, надо воспользоваться случаем.
— Ты не Петя. — Сообщила Антону Селедка, внезапно вынырнувшая из-за спины подружки.
Голос у Тупикиной был чуть более противный, чем выражение физиономии. Удивительное дело. Ночью я видел вполне нормальную девчонку. Днем — снова ядовитая мегера. Чудеса просто какие-то. Может, у нее раздвоение личности?
Селедка, для большего эффекта, одарила Ряскина выразительным взглядом. Мол, сиди, не вякай. Не с тобой поздоровались. Причем, ее появление реально было очень неожиданным. Как приведение, честное слово.