— Апулей. В Столице ещё слушок ходит, что нам великий герой помогает. Посланник самой Смерти, любимец Светлых Богов, Победитель Сил Тьмы, Освободитель Богини Лиры, Посланник богини Геи. Ты об этом знаешь?
— Ты же мне сама только что всё это и рассказала. Полезный слух. Его надо широко распространить и ещё чего-нибудь добавить. Ты девочкам команду дай — они и навыдумывают, и расскажут, и сами в это поверят. И тогда нас бояться будут и вампиры, и комары.
Я прихлопнул одного такого вредителя, севшего мне на шею.
— Ладно. Я ухожу. Ты здесь главная. Оказывай всю возможную помощь жрецам и Андрону. Пусть они меня дождутся.
В мастерской у портного было на удивление тихо. Лизка в потрясающем платье стояла между трех зеркал и не шевелилась.
— Пух, как идут дела?
— Мих, Лизка пропала.
— Как пропала? Вот же она…
— Она из-за платья пропала. Говорит, что никогда его не снимет. То есть говорила, а теперь и говорить перестала. Сначала кружилась и танцевала, а теперь вот это.
— Лизка. Смирно! Ты к балу подготовилась?
— Ай, Мих… Смотри какое платье. Красота-то какая! Я его не сниму никогда.
— Снимешь! Оно же не доделано и через два дня в пять раз красивее будет. А когда на балу увидят, как ты в нём танцуешь гавот — все красавицы от зависти подурнеют навсегда.
— Правда? А Гавот это кто?
— Гавот — это друг Гобоя. Иди, переоденься. И где твои бальные туфли, украшения и драгоценности?
— Ух ты. У меня всё это будет?
— Да. Если ты перестанешь мешать уважаемому мастеру работать и переоденешься. Мне на войну пора. Беги скорей!
Наконец, Лизка оторвалась от созерцания и медленно, все время оборачиваясь на зеркало, пошла в соседнюю комнату. Через десять минут вернулась Лизка. Привычная, от которой не захватывает дух. Что бы было, если бы в игру вошла её сестра Элен? А если бы распространился слух, что она такая же точно в реале? Тут бы война началась до последнего мужика. Пришлось бы ещё одну Илиаду писать.
— Всё, идём домой. Мастер Юй! Примите мои поздравления и благодарность. Ваше творение — это чудо. Ни один маг не сможет создать такое великолепие.
— Рад, что вам понравилось, господин Апулей. Но я вдохновился моделью. Для такой красоты творить — это счастье. Ваш костюм в работе и будет готов вовремя.
— Спасибо. Но я мог бы пойти и голым, всё равно все смотрели бы только на это платье. Вы уже подобрали к нему всё необходимое?
— Да. Я взял на себя смелость и у знакомого ювелира выбрал подходящие украшения. Стоят они недёшево, но к платью очень подойдут. Туфли тоже делает очень хороший мастер. Всё будет готово к началу бала. Вы не хотите примерить свой костюм?