— Мы пытались связаться со своей базой, у нас есть мощная радиостанция… сигнал не проходит. Ни разу такого не было! — сказал Шторм, — и это ещё один аргумент в копилочку того, что ты сказал. Могу я нанять твою группу? Поможете нам, если ты прав и действительно против нас что-то замышляется?

— Нет, — сказал я, — мы в такой замес не полезем. Да, кое на что мы способны, но нас мало, и оказаться между молотом и наковальней будет чистым самоубийством. Не наш уровень. Есть ещё одна странность, которая не даёт мне покоя.

— Какая? — нахмурился Шторм.

— Если я окажусь прав и это всё только начало, то странно то, что это всё вообще кому-то понадобилось организовывать. Слишком большие ресурсы задействованы. Ради чего? Да, двадцать фур с гуманитаркой, это много… но достаточно ли для того, чтобы так рисковать и приносить в жертву столько жизней? — я окинул взглядом конвой и заставших на постах людей, — как будто есть что-то ещё, о чём мы не знаем. Какой-то другой, дополнительный фактор.

— Интересная мысль, — задумчиво сказал Шторм, — есть соображения, что это такое может быть?

— Нет, — покачал я головой, — понятия не имею! Может что-то в грузе, что не было заявлено или задекларировано, а это что-то добавили туда тайно, как раз для того, чтобы доставить сюда? Но это так, домыслы.

— Маловероятно, хотя, как знать… — сказал Шторм.

— Да и вообще, может быть, я всё придумал и ничего больше не будет, — сказал я.

— Даже если это так, мы всё равно в тупике. Я понятия не имею, как отсюда выбираться, и связи нет. Да если бы даже и была, это бы ничего не дало. Тяжёлый вертолёт нам не пришлют, чтобы снять фуры… да их и не подцепишь на подвес, переломятся, наверное…

— У вас есть тяжёлые вертолёты? — удивился я, — давно ничего летающего не видел.

— Забудь, — нахмурился Шторм, поняв, что ляпнул лишнего. Наверное, не стоит первому встречному рассказывать, что у них есть, а чего нет.

— Мне пора, — сказал я, — на душе тревожно. Твои ребята меня спустят?

— Конечно, — кивнул Шторм, — а не интересно послушать, что эти скажут, когда очухаются? — он кивнул на двоих предателей, по-прежнему находящихся без сознания.

— Нет, — сказал я, — это не моя история. Разбирайтесь с ними сами.

— Ладно, — покачало головой Шторм, — удерживать тебя смысла нет, поступай, как знаешь. Если ты не запудрил мне мозги и всё на самом деле так, как в твоём рассказе, то спасибо за попытку помочь… жаль она и не удалась.

— Я рассказал правду, — серьёзно сказал я, — и то, что мы не можем остаться, тоже правда. Слишком рискованно. Я не могу втягивать во всё это своих людей.