— Обращайтесь, — спокойно сказала Маша, но по голосу мы всё равно услышали, что ей очень приятно.
— А с этим что? — сказал я, указывая на огромную гору утеплителя, спальников и одеял.
— А с этим всё просто, — сказал Шторм, — теперь ребятам можно будет поспать в тепле.
Мы направились к выходу из кармана. По пути Шторм объявил бойцам, что они могут утепляться вещами из кучи, и получил бурные аплодисменты в ответ. Военные не военные, а всё равно живые люди. И холод, когда в нём долго находишься, всё равно со временем начинает пробирать до костей. А форма у них летняя, на плюс пять никак не рассчитана.
Возле выхода из кармана было пусто. Видимо, Петя и Алиса продолжали дежурить снаружи. Мы сели на по-прежнему стоящий здесь диван.
— Я ещё нужна? — спросила Маша.
— Вообще, очень! — сказал я, — а сейчас нет.
Маша улыбнулась, это было понятно даже сквозь балаклаву.
— Ну, тогда я пойду пока, зови, если что, — сказала она.
— Мы потом отвлечём тебя ненадолго, — сказал Шторм, — чтобы ты нам обратно разогнула засов на фуре. Мы можем и сами, но боюсь, что сломаем к чёртовой матери.
— Разогну, не проблема, — сказала Маша, — я специально так сделала, чтобы исправить легко можно было.
Маша ушла, и мы посидели некоторое время молча.
— Думаешь, что может быть в железных ящиках? — повернулся ко мне Шторм.
— Ага! — сказал я, — думаю, но ничего придумать не могу. Ничего такого, чтобы ради этого такое устраивать. Хотя, скорее всего, я просто чего-то не знаю. А у тебя есть идеи?
— Пока нет, — сказал Шторм, — не думаю, что это как-то связано с золотом и драгоценностями, хотя они и в ходу до сих пор. На это добро сейчас не так просто найти покупателя. В цене сейчас что-нибудь более полезное, что можно использовать. Хотя, как ты и сказал, возможно, мы просто чего-то не знаем.
— Ещё и этот каменный саркофаг! Это вообще непонятная вещь! — сказал я, — да, один из знакомых мне говорил, что охотников за произведениями искусства и сейчас хватает и есть покупатели на такой товар. Но опять же, цена вопроса! Такое долгое планирование, подготовка, использование большого количества людей и техники, большие предполагаемые жертвы, ради музейного экспоната? Вот хоть режьте меня, не верю!
— И я не верю! — сказал Шторм, — но ничего, заглянем внутрь, может быть, попонятнее станет.
— О! Вы здесь! — сказала неожиданно появившаяся из пустоты Петина голова, — хотите осмотреться снаружи?
— Да, за этим и пришли! — кивнул я.
К нашему большому удивлению, мы оказались не на крыше, а внутри какого-то здания. Хотя мы тут же поняли, почему именно, это произошло. На улице уже светало, и они решили уйти с открытого места, найдя позицию для наблюдения поудобнее.