— Ну отпусти ты меня, ну пожалуйста, что я тебе сделал? — заскулил снизу.

— Угрожал сгноить, подрезал на дороге, кричал на меня матом, называл дебилом, ну и тачку поцарапал, зеркало снёс. Но больше всего меня волнует то, что ты это всё себе прощаешь. Ты ни в чём не можешь быть виноват, просто по факту того что трахаешь Полину. Хотя по вашим послужным спискам можно всю вашу шайку в этот подвал смело садить и воспитывать. Вот только знаешь что? Вы же не перевоспитаетесь. Обезьяна человеком стала, когда с дерева слезла, а вы, похоже, станете, когда вам в ноги начнут втыкать ножи.

— Мужик, я тебя понял. Скажи, что тебе надо? Денег, должность, может? Я тебя в свою охрану найму, хочешь? Будешь в особняке жить, элитном, в Радужном или на Поле чудес! — перебирал мой узник.

— Сказать, чего я хочу?

— Ну да.

— Учи билеты, котлетки ешь. Могу тебе священную книгу сюда принести, если ты в кого-нибудь веришь, — произнёс я.

— Зачем? — не понял меня задержанный.

— Антисанитария тут. При проваленном экзамене я тебе нож в ногу воткну, антибиотиком тебя уколю, повязку наложу, но у меня тут сыровато и кварца нет, может, заражение пойти. В больницу ты не попадёшь. Только трупом. Поэтому либо учи ПДД, либо читай книгу своего Бога.

— Я не верю в Бога. — гнусаво проскулил мой собеседник.

— Зря, — пожал я плечами. — Удачи с изучением билетов.

И я покинул подвал. А поднявшись наверх, я нашёл Иру и обнял её на кухне, почувствовав, что она вздрогнула.

— Ты чего? — спросил я.

— Да ничего, просто вспомнила, как меня так же держали перед отправкой в Дубай.

— Ир, внизу сидит антисоциальный элемент, к нему спускаться категорически нельзя. Я надвинул на люк стол, чтобы, если эта тварь отцепится, она не смогла подняться вверх и тебе ничего не угрожало бы даже гипотетически.

— Я всё понимаю, что твоя это работа, даже, возможно, долг. Но мне не нравится, что в нашем доме сидит в подвале какой-нибудь убийца! — выпалила она, опираясь на кухонный гарнитур, пока я обнимал её со спины.

— Он не убийца, он опасный бюрократ. Тебе нечего опасаться. — произнёс я, скользя пальцами по её бёдрам вверх к груди.

— Слав… — протянула она. — Я бы хотела, чтобы таких персонажей сдерживало что-то большее, чем твои уверения.

— Ага, — произнёс я, касаясь своими бёдрами её ягодиц.

— Слав… — произнесла она, всё еще обиженно.

— Я тебя услышал, я сделаю всё, чтобы обезопасить нас. — произнёс я, приподнимая её голову так, чтобы её изящная шея была прямо перед моими губами, и целуя её в ямку между линией подбородка и шеи.

— Мне вообще кажется… — произнесла она, задыхаясь. — Что ты…