Пока ждали, потребовал к себе гонца Рязанского. Бойцы, что сопровождали его, ввели человека. Стоял он предо мной, и видно было, не очень понимает, то ли пленник он, то ли столь особый гость, что его аж полдесятка служилых людей сторожит.
— Удивил ты меня, гонец. — Улыбнулся ему.
Тот лишь поклонился в ответ. Выглядел он все так же устало, только еще и заспанно.
— Ну что, Федор, знаешь этого человека? Видел при Ляпунове?
Повисла пауза.
Федор смотрел пристально, изучал.
Прошла минута, тяжелая и напряженная.
— Игорь… — Он явно вспоминал мое отчество, чтобы сказать его, придав важности. — Васильевич… Ну, я же не всех людей рязанских знаю. Этого… Не помню.
— Да вы… — Гонец понял, к чему дело идет, и начал озираться. Отступил на шаг назад.
Сопровождающие его люди отреагировали сразу. Схватили под руки.
— Куда? — Проговорил один из них.
— Что прикажешь? Воевода? — Подал голос другой.
— Так, так… Спокойно! — Повысил я голос. — Пустите… Пока.
Его отпустили, чуть толкнули вперед. Но бойцы застыли за спиной, готовые пустить в ход кулаки и, если понадобится, оружие.
— От Ляпунова я. Из Рязани. — Он перекрестился широко. Стоял, нервничал, говорил суетливо. — Вот те крест, господарь. И печать, и все. Все же было. Не вру я.
— Да как тебе верить, мил человек, а? Если за неделю до этого Прокопий твой с иным письмом Федора, человека моего, ко мне отправил. — Смотрел на посыльного пристально.
Но, чем больше изучал, тем больше казалось, не лжет. Действительно, это рязанский гонец. Только вот почему Ляпунов поручил доставку вроде бы столь важного сообщения какому-то малоизвестному человеку? Не своему приближенному, доверенному лицу.
Чудно.
— Так я… Я же это… — Он и не знал, что сказать.
— Кто ты при Ляпунове?
— Так, я не при нем…
— В смысле? — Вот это уже кое-что.
— Я при дворе. Гонец. Нас же много таких. — Он продолжал нервно тараторить. — Рязань же большая. Служба разъездная. Воевода меня вызвал, письмо вручил. Я это… Быстрый я. Самый из всех, пожалуй, кто при нем.
Складывалось все в целом довольно ровно. Только почему без охраны, один, с важным письмом. Простой посыльный, а не верный, близкий человек? Такого отследить, приметить сложнее? Вопросов меньше вызовет?
А не довезет и что?
В Туле встретимся и решим, что да как. Уже по факту. Ляпунов этим письмом ничего не терял. Дойдет оно или нет.
— Толково. — Протянул я. — Ну давай, рассказывай, а сколько человек Ляпунов поднимет, да к Туле поведет? А?
— Так… Я это… Гонец я. — Он дернулся, повел плечами неуверенно. — Откуда же мне знать, господарь. О таком.