Самому Сталинграду налеты немецкой авиации теперь особенно не страшны. Во-первых, линия фронта ушла уже достаточно далеко на запад, на сотни километров. А во-вторых, боевая мощь противовоздушной обороны Сталинграда противнику была очень хорошо известна и изрядно поредевшая немецкая авиация предпочитала держаться подальше. Но это совершенно не повод терять бдительность и расслабляться.

«Надо будет обязательно в своем докладном рапорте отдельным пунктом указать на строгое соблюдение светомаскировки во всех районах, над которыми проходил наш ночной полет», — с внутренним удовлетворением подумал Чуянов. Он опустил плотную шторку иллюминатора, включил небольшую настольную лампу, которой было специально оборудовано его рабочее место в самолете. И снова открыл толстую папку с подробным отчетом о своей работе на той странице, где шла речь о катастрофическом состоянии жилого фонда Сталинграда.

«На 1 апреля 1943 года из предварительно учтенного оставшегося жилого фонда в городе Сталинграде в количестве 1620 домовладений восстановлено 954 домовладения», — медленно прочитал Чуянов, водя пальцем по строчкам. — «Большая часть из указанных домов была лишь приспособлена для временного жилья в летнее время. И для полного их восстановления требуются весьма значительные работы: перестилка полов, перекладка печей, восстановление системы отопления, капитальный ремонт кровли, штукатурка стен и другие работы».

Он хотел было уже закрыть папку с унылым отчетом, как вдруг глаз зацепился за одну из следующих фраз. Чуянов перечитал её дважды: «Жилищный фонд, находящийся в личной собственности граждан, составляет 52 процента всего жилого фонда города. Причем 91 процент всех индивидуальных домов были построены из дерева, глины и различных подручных материалов».

Чуянов резко захлопнул толстую папку с отчетом и в сильном раздражении отодвинул её от себя подальше по столику. Он отлично понимал, что для успешного выполнения поставленных высоким руководством грандиозных задач по восстановлению города и его недавних промышленных гигантов совершенно необходимо радикально, в корне изменить катастрофическую ситуацию именно с жилым фондом Сталинграда. Без решения жилищного вопроса ничего не получится. Рабочих не будет.

Именно поэтому Чуянов так быстро и зацепился за неожиданную идею своего нового молодого сотрудника, безногого лейтенанта Хабарова. Он уже успел достаточно глубоко вникнуть в техническую суть предложения Георгия Васильевича. И ясно видел, что это может быть единственный реальный путь для быстрого решения острейшей жилищной проблемы Сталинграда. А при определенном удачном стечении обстоятельств, возможно, и для всей разрушенной войной страны.