Но та история очень запомнилась товарищу Сталину. Таких принципиальных людей он ценил и уважал и поэтому приказал срочно вызвать генерала к себе.

Ожидая прибытия Воронина, он еще раз перечитал несколько строк в рапорте генерала, где тот передал диалог с одним из своих сотрудников, простым оперативником управления.

Вызванный во Львов с докладом о какой-то операции проведенной против националистического подполья, этот офицер открытым текстом заявил, его слова генерал написал буквально, что он «не видит разницы между недобитыми немцами польскими суками и бандеровскими тварями». И что по его мнению они абсолютно одинаковы. Будь его воля, он выделил бы из состава Советского Союза небольшой кусок области, а конкретно сам Львов с окрестностями, и всех пшеков и хохлов, кого Советская власть не ставит к стенки, а проявляет милость и назначает лагеря, принудительно отправлять в этот зоопарк, пусть они там друг друга режут. При этом предварительно передав Львов с окрестностями Польше. Польскую границу он везде бы закрыл так, чтобы чтобы через неё ни птица не могла перелететь, ни муравей переползти. И пусть бы пшеки с хохлами жили бы так лет сорок. И только когда у их детей и внуков появится что-то человеческое, возможно начать разрешать им пересекать эти границы.

Ничего подобного товарищ Сталин не ожидал прочитать нигде и это его так поразило, что он прочитал эту часть рапорта дважды и подчеркнул её своим любимым красным карандашом.

Генерал Воронин по вызову Верховного прибыл очень быстро и сразу же увидел какая часть его рапорта подчеркнута красным карандашом. Что это означает он отлично знал и внутренне напрягся, понимая что именно это скорее является причиной вызова в главный кабинет страны.

Товарищ Сталин просто кивнул в ответ на уставное генеральское приветствие и показал на стул.

— И что вы ответили своему офицеру после такого его высказывания? — слегка улыбнувшись, спросил товарищ Сталин когда генерал расположился за столом.

— Приказал отбыть ему на место службы и продолжать выполнять свои служебные обязанности, — стараясь быть максимально спокойным ответил генерал.

— Правильно поступили, товарищ Воронин, — довольно сказал товарищ Сталин подкрепив свои слова взмахом руки в которой держал свою трубку. — Расскажите об этом сотруднике.

— Капитан Алексеев, прошел всю войну с первого дня. Семья почти вся погибла, осталась только жена инвалид и младшая дочь. С осени сорок третьего служил во фронтовом СМЕРШе. К нам направлен после очередного ранения под Варшавой зимой сорок пятого. Сейчас опять в госпитале, в Москве.