— Ну, так. Ни хрена не жарко, это точно. — Джек критически разглядывал Дашу. — Во что б тебя саму-то завернуть, чтоб не окочурилась? А ну-ка…

Взяв Дашу за обе руки, поднял ее с кровати. Сдернул с плеч одеяло. Развернул его, оглядел.

— Шел, веревка есть?

Тот кивнул.

— Тащи.

Джек нагнулся, а когда выпрямился, Даша испуганно отпрянула — в руке у него сверкнул нож.

— Сказала — «не боюсь», — упрекнул адапт.

Даша сконфузилась.

— Это я от неожиданности… Ой! Ты что делаешь?

— Обновку тебе мастрячу.

Коротким взмахом Джек прорезал одеяло в середине. Помог Даше просунуть голову в получившееся отверстие, вышло нечто вроде пончо. После этого развел ее руки в стороны и снова принялся резать — на пончо обозначились рукава. Взяв у Шелдона веревку, Джек примотал свисающие куски ткани к рукам изумленной Даши. Полы одеяла обернул вокруг ее тела. Удовлетворенно оценил:

— Зашибись — красотка!

После того, как тем же оригинальным способом Дашу нарядили во второе пончо, поверх первого, она почувствовала себя куклой-неваляшкой. Если, не дай бог, упадет, подняться самостоятельно не сможет.

Джек, оценивающе оглядев Дашу, отрезал от низа одного из одеял широкую полосу. Соорудил на голове девушки тюрбан. Шелдон, ворча, покопался в рюкзаке и извлек нитяные рабочие перчатки — до того, как все случилось, такие считались одноразовыми.

— Готово, — объявил довольный Джек. — Красотища — хоть на выставку!

Сам натянул, поверх собственных куртки и брюк, куртку и брюки Шелдона. И они направились в хранилище.

Даша в своем крайне неудобном одеянии едва семенила ногами. Джек, хмыкнув, без лишних слов взвалил спутницу на плечи.

— Потяжелела маленько, — похвалил он. — Хоть чувствую, что девку тащу, а не котенка дохлого.

Неприязнь из тона исчезла, как не было. С Дашей разговаривал прежний Джек, веселый и неунывающий.

Дверь хранилища он открыл просто — приложил к замку пропуск. На изумленное Дашино: «Где ты взял карточку?» — она точно знала, что пропусков всего четыре, у Сергея Евгеньевича, Вадима Александровича, Елены Викторовны и Григория Алексеевича, — ухмыльнулся: «Под елкой нашел. Дед Мороз в Новый Год подарки дарит, слыхала?» И Даша поняла, что других объяснений не услышит.

А в хранилище было холодно. Боже, как же там было холодно! Человеком Даша чувствовала себя лишь в первые полчаса, потом, несмотря на все намотанные тряпки, начала замерзать.

Пальцы в нитяных перчатках, которыми она пересыпала, переливала и перекладывала нужные вещества по пакетам и пластиковым контейнерам, еле шевелились. Если бы не Джек, сбежала бы из ледяного, освещенного мертвенно-белыми лампами помещения давным-давно. Но неутомимый адапт не давал отвлечься ни на секунду. Он, следуя указаниям, то подтаскивал к нужной полке стремянку, то придвигал ближе к Даше емкости с нижних полок, то теребил ее, поднимая на ноги — фасовкой реактивов девушка занималась прямо на полу, — и тащил дальше, вдоль бесконечных стеллажей.