— Ну а ты, — сказал Артём, когда мы решили закончить тренировку, — покажи мастер-класс.
Запомнил мою шутку. Пожала плечами и кивнула.
— Чего-чего? — его глаза полезли на лоб, когда я, закончив, произвела контрольный, пристегнула магазин и подняла ладони вверх.
— Сколько? — заинтересовалась Садия, заглядывая Артёму через плечо.
— Четырнадцать секунд.
— Это автомат раздолбанный. При желании такой и за десять разобрать и собрать можно.
Артём почесал затылок, глянул на меня нехорошим взглядом и, забрав автомат, удалился.
— Четырнадцать секунд, — с замиранием произнесла Садия, глядя на меня с восхищением, — четырнадцать секунд. Как это вообще возможно?
Потом схватила меня за руки и горячо зашептала:
— Ева, пожалуйста, я тебя умоляю, научи меня. Помоги победить.
Я обняла девушку.
— Помогу, но ты не вздумай никому рассказывать, что ты здесь увидела.
— Почему? — в её глазах застыло изумление.
Вот же глупая какая.
— Чтобы не дисквалифицировали, что непонятно? Будем тренироваться тайно. Поняла?
Наверное, так было задумано: не дать мне прочитать ни одной страницы. Едва устраивалась на койке, как тут же находилась куча чего-то, что мне должно было помешать.
Вот и сейчас. Я и Садия поболтали за компотом после обеда о делах насущных. Объяснила ей ещё раз, что на сегодня разборка и сборка закончены, а то завтра на пальцах мозоли всплывут, и вообще ничего делать не сможет. Попрощались, и я, в твёрдой уверенности, что теперь-то мне ничего не помешает заняться чтением, улеглась.
Даже книгу не успела открыть, как прибежала Люся, вся взъерошенная, и, плюхнувшись на соседнюю койку, выпалила:
— Наш отряд идёт на стрельбище. Говорят, всем разрешат выстрелить по три раза, а главным участникам выдадут аж по десять патронов.
— И что?
— Как что? — Люся удивлённо вскинула свои хорошенькие глазки. — Какое стрельбище, Люся? На улице дождь идёт.
— Так нет дождя, солнце вовсю светит. Глянь в окошко, — и подружка уткнула палец в потолок, — тучи разбежались.
Я перевела взгляд и пожала плечами. Какая разница? После дождя трава мокрая, где они могли стрельбище сделать? Под навесом, что ли? Нет тут такого поблизости.
— Люся, я читаю, и мне вовсе не интересно пулять из калаша или из чего там надумали. Я никуда не иду.
— А лейтенант сказал: идут либо все, либо никто, и он пойдёт к другому отряду, если мы через десять минут не построимся, — жалобно проблеяла Люся, с надеждой глядя мне в глаза.
И какого?
Я подскочила с места и двинулась на выход. Желание было расколупать этому лейтенанту всю головёшку. Пять человек отобрано для соревнований, вот пусть и тренируются эти пятеро. Зачем таскать за собой целый отряд? Чтобы остальные смотрели на счастливчиков и завидовали? Так на соревнованиях успеют сопли подобрать, а сегодня зачем?