Сразу не ушла, задержалась в тамбуре и растопырила ушки, но Артём так тихо говорил, что кроме «бу-бу-бу» ничего не разобрала.

Едва наш отряд построился, как громкоговоритель выдал новое указание: всем построиться на плацу.

Плац! Обозвали поляну, заросшую травой между палатками, — плац. Но, вероятно, случилось что-то непредвиденное, раз все отряды начали торопливо занимать свои места.

Решила, что если, ни дай бог, кому-то пришло в голову пропесочить меня таким образом за шахматную партию — пошлю всех далеко и надолго.

Однако, как оказалось, всё было гораздо сложнее. Неизвестно откуда прибавилось офицеров в парадной форме. Майор Истомин появился и сделал несколько кругов, останавливаясь около каждого отряда и что-то напутствуя. Не обошёл и наш. Остановился, придирчиво осматривая каждого комсомольца и не переставая повторять:

— Стоять ровненько, понимашь. По сторонам не крутить головами, понимашь. На приветствие отвечать дружно, понимашь.

Заело пластинку. Но раз так часто начал повторять любимое словечко, значит, и в самом деле случилось что-то из ряда вон.

Я стояла позади всех в одиночестве. Люся то и дело кидала на меня обиженные взгляды и топталась на месте.

Я тронула впереди стоящего Виталика и шёпотом спросила:

— Что случилось? Не знаешь?

Он отрицательно помотал головой и сказал:

— Бурундуковая, ты была не права. Ты ударила комсомольца, перевернула шахматы. Твои заслуги не дают тебе права обходиться так со своими товарищами.

Я скривилась. Ещё один идейный, и ответила так, как это бы сделала Синицына:

— Не товарищ он мне. Понял?

— Бурундуковая, — попытался он мне что-то сказать, но я его перебила.

— Виталя, иди в жопу со своими наставлениями. Я доступно объяснила?

— Я…

— Головка от патефона.

Я развернулась и незаметно проскользнула за палатку. Стоять на жаре не хотелось, а пилотка не очень-то и помогала.

Но едва я легла на койку, в отдалении раздался шум двигателя, и явно пошло какое-то оживление. Как ни странно, любопытство во мне не проснулось, и я осталась лежать, слушая, как все отряды горлопанят кому-то приветствие. Кричали громко, но слов я всё равно не разобрала, просто подумала, что явилось какое-то начальство, и вот теперь-то и начнётся в лагере суматоха.

Давно было пора. Уже сколько дней, а народ дурью мается вместо соревнований. К тому же, совершенно не было понятно, где собирались устраивать прыжки в воду. Ну не с обрыва же в море! Или в Черноморское возить будут в плавательный бассейн? Вообще глупость. Могли и весь слёт там провести. Или в каком-нибудь пионерском лагере, выставив детишек на два сезона.