Кузен вошел в гостиную размашисто, торопясь попасть на разговор и опасаясь, что самое важное уже успели обсудить без него. Очень было похоже, что в доме кто-то из слуг ему наушничает. Иначе с чего бы ему выглядеть столь взволнованным? Хотя… Не исключаю, что сообщение ему отправила сама княгиня — у нее в этом деле свои интересы, которые не совпадают с моими.

— Bonjour, ma chère, — томным голосом уставшей от военных действий персоны протянул кузен. — Рад видеть тебя в добром здравии. А то поутру мне сообщили, что ты приболела. Вот зашел проведать и смотрю, что ты не только выздоровела, но и принимаешь гостей.

Общего у меня с ним в лице был разве что нос: эта черта точно передавалась не по линии бабушки, нос которой хоть и не потрясал изяществом форм, но был ровным. Максиму Константиновичу фамильной горбинки не досталось — может, поэтому его и не считали достойным княжения? Антону же этого признака досталось с избытком, в результате кузен походил на хищную птицу. Правда, не ворона, а скорее грифа: волосы местами уже заметно поредели и через них просвечивала намечающаяся лысина. И вообще, на мой взгляд, несмотря на подчеркнутую лощенность и выправку, выглядел данный индивид потасканным. По нему можно было отметить увлечение не только картами, но и выпивкой.

— Антоша, как ты вовремя, — явно обрадовалась его появлению княгиня. — Вы непременно должны познакомиться. Это твой кузен Петр, сын дяди Аркадия. И его супруга Наталья.

Антоша чуть склонил голову, что должно было символизировать радость от знакомства, и поинтересовался:

— Это тот кузен, кому досталась часть нашей реликвии?

— Не только досталась, но и сохранилась, — с насмешкой сказал я.

— Петр, до тебя просто пока не добрались, — сказал он, разглядывая меня с нехорошим интересом. Так энтомолог смотрит на бабочку, размышляя, как будет ее умерщвлять. — Вы на чем сюда приехали? Там занятное авто стоит. Неужели ваше?

— Наше.

— У тебя собственный автомобиль? — удивилась княгиня.

— О, у него еще собственная собачка на охране. Очень активно меня обтявкивала, когда я осматривал. Представляешь, ma chère, они на нее одежду пошили. Не наигрались в куклы, видимо.

Это было довольно прозрачным намеком на наш возраст, а еще этим кузен давал понять о своем ко мне отношении.

— Валерон маленький и мерзнет, — не сдержалась Наташа.

— Боже мой, так почему вы оставили его на улице? — воскликнула княгиня. — Вы думали, что я не люблю собак? Это не так, а бедный песик может простыть.

— Он уснул, и мы не хотели его трогать, — выкрутился я. — В автомобиле тепло. Там артефактный двигатель стоит.