— Я сама осторожность, — гордо сказал Валерон и испарился, пока я не успел ему припомнить какой-нибудь косяк.

А я пошел к палатке. Стучаться там было некуда, поэтому я просто громко спросил, можно ли входить, и дождался ответа от Натальи, прежде чем откинуть полог и войти. Она сидела за столиком, просматривала книгу с артефакторными схемами и расчесывала подсыхающие волосы. И волос этих было столько, что я даже удивился, как они все умещались в косе. Коса, конечно, была отнюдь не тоненькая, и все же. Лицо моей супруги после купели посвежело и похорошело: ушли следы обветренности и вообще что-то неуловимо изменилось. Возможно, я бы сказал точнее что, если бы не ужасное серое платье, в которое была наряжена девушка. Выстиранные вещи были развешаны по всем возможным поверхностям, так что подозреваю, это единственная смена. Практичные вещи — никакого шелка и кружев, маменька бы в ужас пришла. Впрочем, нижнего белья на виду не было, оно наверняка сушилось под рубашкой, больше похожей на мужскую. Правда, я подозревал, что кружев не будет и там.

— Только не говори, что ты сама купила это платье, — не удержался я.

— Оно самое дешевое было, — пояснила Наталья.

— Ага, а еще — немаркое. Давай договоримся, что выбирать ты себе будешь одежду, ориентируясь не на цену, — предложил я. — Это платье ужасно, и тебе совсем не идет.

— Мне ничего не идет, я некрасивая.

Так, похоже, мне придется побыть психотерапевтом и излечить детскую душевную травму.

— Наташ, это чушь собачья. Это тебе сестра внушала, потому что боялась конкуренции. Ты вообще себя в зеркале видела?

— Да, у меня длинный нос.

— Огромные глаза и красивые губы. А нос не длинный, нормальный. Тонкий, прямой, красивой формы. Извини, я не мастер комплиментов, но одно скажу точно: если бы ты мне не нравилась, я бы на тебе не женился.

Правда, понравилась она мне не внешностью, а стойкостью, но к чему такие подробности? Брак был правильным — это чувствовал я, это чувствовала и она. И Валерон с ней уже сроднился, даже что-то одобряет и больше не предлагает заплевать.

— Может, у тебя просто вкус странный, — смущенно предположила она.

— Тебе даже Митя сказал, что ты красивая, а такой одеждой ты себя уродуешь, — продолжил я. — Делаешь некрасивой. Зачем?

— К нему можно приладить воротничок — и будет совсем другое дело, — оптимистично сказала Наталья. — Еще можно вышивку пустить. Вот увидишь, оно изменится. Просто остальное было и дороже, и намного больше размером. Так что вариант, собственно, был один. А брать что-то дорогое, чтобы потом перешивать — смысл? Я бы даже переодеться сегодня не смогла, если купила бы что-то другое.