Уже больше ничего не отвечаю.
Пошел он!
Тамерлан уже ждет нас в ресторане. Как обычно, одет с иголочки и выглядит безупречно.
Он поднимается со своего кресла, чтобы поприветствовать нас.
– Все, как договаривались, – говорю ему и закусываю губу.
Тамерлан окидывает меня быстрым взглядом, задерживаясь на вырезе груди и вдоль бедра.
Об этом я как-то не подумала.
– Нет! – за отца все решает Яна. – Мила останется. Ты же, пап, не против?
– Не против, – мужчина отвечает сухо и будто бы теряет ко мне всяческий интерес. Я
прямо вижу, как он переключается на дочь, с которой безумно хочет наладить контакт.
И в это я, кстати, верю.
– Ну?! – Яна снова включает «тварь». И у нее отлично это получается. Каждый раз
поражаюсь. – С чего разговоры начнем разговаривать?
– Сначала сделайте заказ. Здесь отличная кухня, я могу посоветовать.
– Обойдемся как-нибудь без советов, – отрезает Яна.
Замечаю, как сжимается ладонь ее отца, лежащая на столе. Он крайне раздосадован таким
поведением, но старается держать себя в руках.
Я тоже пытаюсь это делать. Изо всех сил. Выбираю первое попавшееся на глаза блюдо и
свежевыжатый сок.
И я уверяю себя, что выдержу этот ужин. Да чего может произойти вообще?!
Но моя уверенность вдруг мгновенно тает, когда я чувствую, как под столом моей
обнаженной коленки касается ладонь Тамерлана.
Мила
Пальцы Тамерлана сильнее сжимают мою коленку.
Стараюсь не реагировать на это движение, но понимаю, что смотрю на подругу с испугом.
Озираюсь по сторонам, чтобы оценить масштаб бедствия, но понимаю, что другим
посетителям ресторана плевать. Они не видят. Так что все только между нами. Между
мной и Тамерланом.
Яна о чем-то спрашивает отца, а он отвечает. Как ни в чем ни бывало.
И только я вжимаюсь в свой стул, опасаясь пошевелиться, пока его рука медленно, но
прицельно, начинает движение по моему бедру вверх.
Вслед за ней остается пульсирующая дорожка, покрытая мурашками. А еще я не могу
ничего поделать с тем, что между моих ножек становится тепло от предвкушения.
И я ненавижу себя за это! Честное слово!
А еще я по дурости надела это дурацкое платье с вырезом. В глубине души мне хотелось,
чтобы Тамерлан весь вечер пускал по мне слюни. Но, похоже, хуже я сделала только
себе.
– Мила, ты согласна? – Яна вдруг обращается ко мне, и я понимаю, что не слышала ни
единого слова.
– Что? – переспрашиваю.
А Тамерлан не останавливается. Он не дает мне передышки, продолжая продвигаться к
трусикам.
Мое дыхание учащается, а поза становится все более напряженной.
Этот ублюдок знает, что я не признаюсь Яне. Не сдам его. Этим и пользуется, наглый